Всего один год (или: "Президент").
– И когда была создана эта школа?- Саира улыбнулась:
– Через неделю после прихода его к власти.- Я изумился: выходит, в Готонде он говорил, как о только лишь желаемом, о том, что на самом деле уже начал реализовывать…
– Вот это да…- Но наша беседа была прервана вынырнувшей у одного из шлюзов бассейна женщиной. Признаться, тогда я подумал, было, "девушкой", но теперь-то я знаю, что это была сорокасемилетняя Софита, и вынужден говорить правду… Надо сказать, что для своих лет она выглядела неправдоподобно молодой. Она была красивой, очень красивой… Это было то редкое для женщин сочетание ума и красоты, заставляющее окружающих мужчин едва ли не боготворить её, возведя в ранг своего кумира, обожая и не смея надеяться на взаимность… Софита плавала легко и абсолютно свободно; казалось, вода – её естественная среда обитания… "Наш дельфин" – прозвали её позже в бассейне. Интересная была у ней судьба… Будучи неплохим химиком-технологом – настолько неплохим, что её нередко приглашали на консультации даже конкурирующие друг с другом фирмы, на что непосредственное её начальство смотрело сквозь пальцы – она однажды сумела из-за совершенно глупой ошибки – бывает же и на старуху проруха! – практически полностью потерять зрение. Понятно, что о работе по специальности уже не могло быть и речи. А ведь было ей тогда тридцать пять лет… Надо было что-то делать.
– Я,- рассказывала мне чуть позже Софита,- видимо, запела просто "с тоски"… Первые песни такие и были – заунывные, тоскливые… Но – видимо, тогда именно такое настроение и соответствовало состоянию большинства – успех пришёл неожиданно, быстро, сразу… По мере того, как публика, аплодируя, вставала на концертах – настроение поднималось. Песни становились более светлыми, жизнерадостными… Казалось, настроение публики поднимается вместе с моим… Зрение тоже понемногу возвращалось – вскоре я уже могла различать дорожные знаки, а сегодня уже могу и читать… В очках, правда…- Улыбнувшись, добавила она.
– А почему Вы стали именно петь – нужно было найти какое-то занятие?- Немного осмелев, поинтересовался я.
– Не знаю,- с некоторым даже недоумением передёрнула плечами она.- Видимо, мне просто надо было чем-то заняться… Ну, а начинать всё сначала я уже не могла… Потому и выбрала то, что хоть немного умела…
– Как – Вы уже пели раньше?- Удивился я.
– Ещё в детстве,- улыбнулась она.- В школьном хоре.- Мы рассмеялись.- А если серьёзно – то я ещё в студенчестве начала петь – мы тогда создали свой ансамбль,- когда стих смех, просто продолжила она.- Получалось, видимо, неплохо – вскоре нас пригласили на телевидение… Сейчас эта группа уже не существует. А жаль. Неплохие были ребята…- С плохо скрываемой грустью тихо вздохнула она.
– Почему "были"?
– Потому, что их уже нет – развела руками "девушка": теперь каждый – сам по себе. Кто-то создал новую группу, кто-то выступает с сольными концертами, кто-то – учит других… Но того, что было – уже не вернёшь… А жаль…- Я смотрел на неё и не мог поверить, что это – не фальсификация: ну, не может так выглядеть женщина полувековой давности, и всё! На вид ей было… Ну, вблизи я мог дать ей и тридцать, может – тридцать пять. Не больше. Издали, пока не рассмотришь – запросто можно было дать лет двадцать… А она, глядя на меня, как будто читая мои мысли, лишь грустно улыбалась…