Том 5. Стихотворения

 1907 
 Петровское 
  
Память
 
 
 
Листочком
 
Всхлипнет ветка осиновая.
 
 
 
Глазочком
 
Поморгает лампадка малиновая.
 
 
 
Милые
 
Приходят ко мне с веночком, —
 
 
 
С цветами —
 
Белыми, сладостными
 
Цветами
 
 
 
Из могилы я
 
Орошаю радостными
 
Моими слезами
 
Цветы.
 
Кругом —
 
Кресты
 
Каменные.
 
Крутом —
 
Цветы
 
Да фонарики пламенные.
 
 
 1907 
  
Ты
 
 
 
Меж сиреней, меж решеток
 
Бронзовых притих.
 
Не сжимают черных четок.
 
Пальцы рук твоих.
 
 
 
Блещут темные одежды.
 
Плещет темный плат.
 
Сквозь опущенные вежды
 
Искрится закат.
 
 
 
У могил, дрожа, из келий
 
Зажигать огни
 
Ты пройдешь — пройдешь сквозь ели:
 
Прошумят они.
 
 
 
На меня усталым ликом
 
Глянешь, промолчишь.
 
Золотое небо криком
 
Остро взрежет стриж.
 
 
 
И, нарвав сирени сладкой,
 
Вновь уйдешь ты прочь.
 
Над пунцовою лампадкой
 
Поднимаюсь в ночь.
 
 
 
Саван крест росою кропит,
 
Щелкнет черный дрозд,
 
Да сырой туман затопит
 
На заре погост.
 
 
 1906 
 Дедово 
  
Приходи
 
 
 
Издалека
 
Прошушукаю милой
 
Легким лепетом,
 
Руки складывая
 
На груди:
 
«Приходи!»
 
Над могилой
 
Трепетом
 
Колыхается красное око.
 
 
 
Из сирени
 
В тени
 
Падаю,
 
Руки складывая
 
На груди.
 
 
 
К милой
 
Лепетом
 
Прилечу издалека.
 
 
 
Над могилой
 
Трепетом
 
Колыхается страстное око.
 
 
 1907 
  
Свидание («Тужила о милом…»)
 
 
 
Тужила о милом.
 
 
 
Левкою
 
Весною
 
Носила к могилам.
 
 
 
Над вечным покоем
 
Стояла
 
С левкоем.
 
 
 
Упала
 
Она на граниты.
 
 
 
Бериллы, и жемчуг,
 
И слезы
 
Зажгли ей ланиты.
 
 
 
И душные розы,
 
И душные розы —
 
Пурпурные —
 
 
 
Могилы
 
Вонею кропили.
 
 
 
Вставали,
 
Бродили, —
 
 
 
Она
 
И с ней милый.
 
 
 
Они проходили
 
В эфиры лазурные.
 
 
 1906 
 Серебряный Колодезь 
  
Обет
 
 
 
Ты шепчешь вновь: «Зачем, зачем он
 
Тревожит память мертвых дней?»
 
В порфире легкой, легкий демон,
 
Я набегаю из теней.
 
 
 
Ты видишь — мантия ночная
 
Пространством ниспадает с плеч.
 
Рука моя, рука сквозная,
 
Приподняла кометный меч.
 
 
 
Тебе срываю месяц — чашу,
 
Холодный блеск устами пей…
 
Уносимся в обитель нашу
 
Эфиром плещущих степей.
 
 
 
Не укрывай смущенных взоров.
 
Смотри — необозримый мир.
 
Дожди летящих метеоров,
 
Перерезающих эфир.
 
 
 
Протянут огневые струны
 
На лире, брошенной в миры.
 
Коснись ее рукою юной:
 
И звезды от твоей игры —
 
 
 
Рассыплются дождем симфоний
 
В пространствах горестных, земных:
 
Там вспыхнет луч на небосклоне
 
От тел, летящих в ночь, сквозных.
 
 
 Июль 1907 
 Москва 
  
Горемыки
   
Изгнанник
 
 
М.И. Сизову
 
 
 
Покинув город, мглой объятый,
 
Пугаюсь шума я и грохота.
 
Еще вдали гремят раскаты
 
Насмешливого, злого хохота.
 
 
 
Там я года твердил о вечном —
 
В меня бросали вы каменьями.
 
Вы в исступленье скоротечном
 
Моими тешились мученьями.
 
 
 
Я покидаю вас, изгнанник, —
 
Моей свободы вы не свяжете.
 
Бегу — согбенный, бледный странник —
 
Меж золотистых, хлебных пажитей.
 
 
 
Бегу во ржи, межой, по кочкам —
 
Необозримыми равнинами.
 
Перед лазурным василечком
 
Ударюсь в землю я сединами.
 
 
 
Меня коснись ты, цветик нежный.
 
Кропи, кропи росой хрустальною!
 
Я отдохну душой мятежной,
 
Моей душой многострадальною.
 
 
 
Заката теплятся стыдливо
 
Жемчужно-розовые полосы.
 
И ветерок взовьет лениво
 
Мои серебряные волосы.