Стихотворения и поэмы. Том 1

Часть 15 из 99 Информация о книге
  4
   Старела Вечность Исполнялись сроки.
 И тихо русла смерти иссякали.
 Лазурные, бессмертные потоки
 железные гробницы омывали.
 
  Воздушность мчалась тканью вечно-пьяной.
 Иисус Христос безвременной свечою
 стоял один в своей одежде льняной,
 обвитый золотистою парчою.
 
  Чисто столетий в безднах роковое
 бесследным вихрем в Вечность пролетело.
 Его лицо янтарно-восковое
 в лазурно-ясном счастье цепенело.
 
  Две ласточки с любовным трепетаньем
 уселися к Спасителю на плечи.
 И он сказал «Летите с щебетаньем
 в страну гробов – весенние предтечи»…
 
  На тверди распластался, плача слезно,
 пятном кровавым гном затрепетавший.
 Христу вручил он смерти ключ железный,
 услышав рог, в лазури прозвучавший.
 
 
  5
   Лежал в гробу, одетый в саван белый,
 Гроб распахнулся Завизжала скоба.
 Мне улыбался грустно-онемелый,
 старинный друг, склонившийся у гроба.
 
  Друг другу мы блаженно руки жали.
 Мой друг молчал, бессмертьем осиянный.
 Две лacтoчки нам в уши завизжали
 и унеслись в эфир благоуханный.
 
  Перекрестись, отправились мы оба
 сквозь этот мир на праздник воскресенья.
 И восставали мертвые из гроба.
 И раздавалось радостное пенье.
 
  Сияло небо золотой парчою.
 Воздушность мчалась тканью вечно-пьяной.
 Иисус Христос безвременной свечою
 стоял вдали в одежде снежно-льняной.
 
 
 1903 
  Возврат
  Посвящается А.С. Петровскому
 
  1
   Я вознесен, судьбе своей покорный.
 Над головой полет столетий быстрый.
 Привольно мне в моей пещере горной.
 Лазурь, темнея, рассыпает искры.
 
  Мои друзья упали с выси звездной.
 Забыв меня, они живут в низинах.
 Кровавый факел я зажег над бездной.
 Звездою дальней блещет на вершинах.
 
  Я позову теперь к вершинам брата.
 Пусть зазвучат им дальние намеки.
 Мой гном, мой гном, возьми трубу возврата.
 И гном трубит, надув худые щеки.
 
  Вином волшебств мы встретим их, как маги.
 Как сон, мелькнет поток столетий быстрый.
 Подай им кубки пенно-пирной влаги,
 в которой блещут золотые искры.
 
  Колпак слетел, но гном трубит – ученый.
 В провал слетели камни под ногою.
 Трубою машет Плащ его зеленый
 над бездною полощется седою.
 
  Шепну тебе из стран обетованных
 в долину скорби суждено уйти им…
 Цветами, гном, осыпь гостей желанных,
 зеленый плащ под ноги расстели им.
 
 
  2
   На пир бежит с низин толпа народу.
 Стоит над миром солнца шар янтарный.
 Таинственно протянутый к восходу,
 на высях блещет жезл мой светозарный.
 
  Подножье пира – льдистая вершина.
 Пылает скатерть золотом червонца.
 В сосудах ценных мировые вина:
 вот тут – лазурь, а там – напиток солнца.
 
  Одетый в плащ зари вечерне-темный
 и в туфли изумрудные обутый,
 идет мой гном, приветливый и скромный,
 над головой держа свой рот загнутый.
 
  Он жемчуга дарит, как поцелуи,
 то здесь, то там тяжелый рог нагнувши,
 журчащие, ласкающие струи
 между собой и гостем протянувши.
 
  Меж них хожу в небесно-бледной тоге.
 То здесь, то там мелькает жезл волшебный.
 «Друзья, пируйте – будете как боги»,
 то там, то здесь твержу: «Мой стол – целебный.
 
  До ночи мы пробудем на высотах.
 А ночью, взяв пунцовые лампады,
 отправимся в таинственные гроты,
 где выход нам завесят водопады».
 
  Венчая пир, с улыбкой роковою
 вкруг излучая трепет светозарный,
 мой верный гном несет над головою
 на круглом блюде солнца шар янтарный.
 
 
  3
   В очах блеснул огонь звериной страсти.
 С налитыми, кровавыми челами
 разорванные солнечные части
 сосут дрожаще-жадными губами.
 
  Иной, окончив солнечное блюдо,
 за лишний кус ведет глумливо торги.
 На льду огнисто-блещущею грудой
 отражена картина диких оргий.
 
  Я застил свет во гневе. Тенью длинной
 легла на них моей одежды лопасть.
 Над головою Вечностью старинной,
 бездонно-темной, разверзалась пропасть.
 
  Безмолвно ждал я алчущего брата,
 в толпе зверей ища высот намеки…
 Мой гном, мой гном, возьми трубу возврата!..
 И гном трубит, надув худые щеки.
 
  Идите прочь!.. И ужасом безумным
 объятые, спускаются в провалы.
 Сорвавши плащ, в негодованье шумном
 мой верный гном им вслед бросает скалы.
 
  Лазурь, темнея, рассыпает искры…
 Ряд льдистых круч блестит грядой узорной.
 Я вновь один в своей пещере горной.
 Над головой полет столетий быстрый.
Перейти к странице:
Предыдущая страница
Следующая страница