Петербург. Стихотворения (Сборник)

 
Угроза
В тот час, когда над головой
Твой враг прострет покров гробницы, —
На туче вспыхнет снеговой
Грозящий перст моей десницы.
Над темной кущей
Я наплываю облаком, встающим
В зное.
Мой глас звучит,
Колебля рожь.
Мой нож
Блестит
Во имя Бога —
– Обломок месячного рога
Сквозь облако немое.
Всхожу дозором
По утрам
Окинуть взором
Вражий стан;
И там —
На бледнооблачной гряде
Стою с блеснувшим копией,
Подобным утренней звезде
Своим алмазным острием
Пронзившим веющий туман.
1905
Дедово
 
В темнице
Пришли и видят – я брожу
Средь иглистых чертополохов.
И вот опять в стенах сижу
В очах – нет слез, в груди – нет вздохов.
Мне жить в застенке суждено.
О, да – застенок мой прекрасен.
Я понял все. Мне все равно.
Я не боюсь. Мой разум ясен.
Да, – я проклятие изрек
Безумству в высь взлетевших зданий.
Вам не лишить меня вовек
Зари текучих лобызаний.
Моей мольбой, моим псалмом
Встречаю облак семиглавый,
Да оборвет взрыдавший гром
Дух празднословия лукавый.
Мне говорят, что я – умру,
Что худ я и смертельно болен,
Но я внимаю серебру
Заклокотавших колоколен.
Уйду я раннею весной
В линючей, в пламенной порфире
Воздвигнут в дали ледяной
Двузвездный, блещущий дикирий.
1907
Москва
 
Утро
Рой отблесков. Утро: опять я свободен и волен.
Открой занавески: в алмазах, в огне, в янтаре
Кресты колоколен Я болен? О нет – я не болен.
Воздетые руки горе на одре – в серебре.
Там в пурпуре зори, там бури – и в пурпуре бури.
Внемлите, ловите: воскрес я – глядите: воскрес.
Мой гроб уплывает – золотой в золотые лазури.
Поймали, свалили; на лоб положили компресс.
1907
Париж
 
Отпевание
Лежу в цветах онемелых,
Пунцовых, —
В гиацинтах розовых и лиловых,
И белых.
Без слов
Вознес мой друг —
Меж искристых блесток
Парчи —
Малиновый пук
Цветов —
В жестокий блеск
Свечи.
Приходите, гостьи и гости, —
Прошепчите: «О Боже»,
Оставляя в прихожей
Зонты и трости:
Вот – мои кости…
Чтоб услышать мне смех истерический, —
Возложите венок металлический!
Отпевание, рыдания
В сквозных, в янтарных лучах;
До свидания —
В местах,
Где нет ни болезни, ни воздыхания!
Дьякон крякнул,
Кадилом звякнул:
«Упокой, Господи, душу усопшего раба
твоего…»
Вокруг —
Невеста, любовница, друг
И цветов малиновый пук,
А со мной – никого,
Ничего.
Сквозь горсти цветов онемелых,
Пунцовых —
Савана лопасти —
Из гиацинтов лиловых
И белых —
Плещут в загробные пропасти.
1906
Серебряный Колодезь
 
У гроба
Со мной она —
Она одна.
В окнах весна.
Свод неба синь.
Облака летят.
А в церквах звонят:
«Дилинь динь-динь…»
В черном лежу сюртуке,
С желтым —
С желтым
Лицом;
Образок в костяной руке.
Дилинь бим-бом!
Нашел в гробу
Свою судьбу.
Сверкнула лампадка.
Тонуть в неземных
Далях —
Мне сладко.
Невеста моя зарыдала,
Крестя мне бледный лоб.
В креповых, сквозных
Вуалях
Головка ее упала —
В гроб…
Ко мне прильнула:
Я обжег лицо ее льдом.
Кольцо блеснуло
На пальце моем.
Дилинь бим-бом!
1906
Серебряный Колодезь