Следы на дне
Катастрофа была неслыханной.
Долгие годы из поколения в поколение передавались страшные подробности трагической гибели цветущих городов.
Потом все забылось.
2. На средневековых картах можно было, однако, увидеть оба этих города. Объяснялось это просто: картографы пользовались устаревшими картами Римской империи.
Городов не было уже давно. В этом ничего не стоило убедиться собственными глазами.
Письма упомянутого нами очевидца, знаменитого ученого Плиния Младшего сохранились. Опубликованные во времена Возрождения, они напомнили людям о судьбе Геркуланума и Помпеи.
Тем не менее никто не изъявил желания заняться поисками погибших городов.
Означало ли это, что сбывается меланхолическое пророчество еще одного современника, римского поэта Стация: "Поверят ли грядущие поколения, когда эта пустыня вновь зазеленеет, что под ней скрываются города и люди?"
Она действительно зазеленела. И на почве, образовавшейся из смеси пепла и вулканического шлака, давным-давно стояли поверх умерщвленных городов дома.
Так во всяком случае обстояло дело в Геркулануме. Там, где находились некогда Помпеи, поселения не было.
3. Между тем Везувий, который примерно раз в столетие напоминал людям о том, что он вовсе не мертвый вулкан, в 1631 году вновь проявил беспокойную активность. Утром 16 декабря из его чрева взметнулся ввысь огромный столб дыма, послышались громовые раскаты. А дальше все пошло почти так же, как и в тот злосчастный день, когда погибли Геркуланум, Помпеи и Стабия. Взлетали в воздух, словно шрапнель из жерла невиданной мощи пушки, маленькие, величиной от горошины до грецкого ореха, и побольше, с добрый кулак, вулканические бомбы, стлался по земле зловещий черный пепел, мчались со склона вулкана грязевые потоки.
У Везувия даже сорвало макушку, что с удивлением увидели охваченные ужасом местные жители.
Потери и убытки были, пожалуй, еще более тяжелыми, чем в 79 году. Погибло около четырех тысяч людей. Наводнение и лава разрушили множество деревушек, главным образом к востоку и западу от вулкана. На девяносто километров в окружности разлетелись камни, выброшенные силой взрыва. В Неаполе пепел покрыл город слоем толщиной тридцать сантиметров.
Деревушке, находившейся на месте Геркуланума, повезло: хотя ее окрестности и оказались погребенными под лавовым потоком толщиной пять метров, сама она не погибла. А холм, под которым были скрыты руины Помпеи, лава вообще обошла, точнее сказать, обтекла.
Вторично заставить закаменеть жизнь здесь Везувию не было дано.
И это, быть может, в конце концов несколько упростило розыски погибших городов.
4. Еще за тридцать девять лет до этого извержения, в 1592 году, губернатор Кампании граф Муциус Туттавила решил построить водопровод, чтобы подвести воды Сарна к городку Торре-Аннунциато, жители которого давно жаловались на сушь. Туттавила обратился к знаменитому римскому архитектору Доменико Фонтана, и тот составил проект.
По мысли Фонтана, канал (а он собирался вести его напрямую) должен был среди прочих пересечь и холм, давно известный местным жителям под именем Чивита. Никто против этого не возражал, и архитектор приступил к делу.
Под холмом Чивита и были скрыты Помпеи. Но этого тогда не знали. И когда однажды рабочие наткнулись на остатки стены, никто, в том числе и сам Фонтана, не придал ей особого значения, впрочем, как и монетам с изображением императора Нерона. Найденная мраморная плита, на которой сохранилось какое-то упоминание о Помпеях, тоже в общем прошла незамеченной: решили, что речь идет об известном сопернике Цезаря Помпее.
Траншею рыли не очень глубокую, а город лежал под восьмиметровой толщей. И этими находками, собственно, все и завершилось.
5. Одним из первых, если не самым первым, кто отождествил холм Чивита с Помпеями, был некто Лука Гольстениус. В 1637 году он посетил Неаполь и прилегающую округу. Он долго осматривал холм и в своей вышедшей годом позже книге заявил, что Помпеи следует искать именно здесь.
"Нет, -- возражали ему, -- Чивита стоит на месте другого городка, Стабии, тоже чуть не полностью уничтоженного в 79 году".
В 1689 году неподалеку от Чивиты при рытье колодца были найдены коекакая утварь и камень с надписью: "Помпеи". Но и на этот раз решили, что речь идет о Помпее.
Странно? Но так оно и было. Очевидное отнюдь не всегда становится общепризнанным.
6. Случаю было угодно, чтобы первыми перед восхищенными взорами людей XVIII века предстали не Помпеи, а Геркуланум. В деревушке Резина, возникшей на месте древнего города, в 1710 году некий крестьянин решил углубить свой колодец. Он неспешно орудовал лопатой, когда внезапно увидел обломки мраморной плиты. Выбрав те, которые показались ему получше, крестьянин продал их каменотесам в Неаполе.
Находка не осталась незамеченной. Заинтересовавшись обломками, местный военачальник князь Эльбеф -- он в это время был занят отделкой своей виллы -- откупил весь участок и приступил к раскопкам. Несколько дней спустя были найдены две скульптуры: одна, как предположили, Геркулеса, а другая -Клеопатры.
Сам того не ведая, Эльбеф наткнулся на театр в Геркулануме. Но в этом он не сумел разобраться. Зато он понял другое: найденные сокровища могут помочь ему добиться благорасположения дальнего родственника, известного военачальника принца Евгения Савойского, возглавлявшего в Австрии (а многие земли Италии в ту пору находились под властью Австрии) Государственный совет. И потому отправленные Эльбефом в Вену несколько найденных скульптур, хотя их посылка и сопровождалась письмом, в котором было немало восторженных фраз по поводу того, что скульптуры попадут в руки "отличного знатока и ценителя искусств", можно совершенно спокойно рассматривать как тривиальную взятку. В конечном итоге выгадал от всей этой истории Венский музей. Скульптуры и нынче находятся там, свидетели первых, еще робких начал открытия Геркуланума.
За первыми успехами, однако, последовали неудачи, в том смысле, что кладов (а ведь именно это только и интересовало Эльбефа) больше не стало. Как только прекратились находки статуй и мраморных плит, а пошли все больше какие-то стены и лестницы, Эльбеф покончил с поиском. А некоторое время спустя продал свою виллу с собранными в ней древними статуями, продал и участок.