Третий Георг

Для восстановления сил король должен был отправиться в Уэймут, который решил перещеголять Лондон в приеме, оказываемом королю.
Городок был освещен вдоль и поперек, через каждые несколько метров стояли группы музыкантов и громко трубили гимн «Боже, храни короля».
Всем хотелось показать Георгу, как они рады, что он вновь здоров. У купающихся на пляже на головах тоже были шапочки с надписью «Боже, храни короля», а когда Георг пришел на пляж, чтобы искупаться в море, какая-то группа музыкантов заиграла национальный гимн.
– Это так порадовало меня, – рассказывал король своим друзьям.
Но будущее виделось королю в мрачном свете. По временам его мысли путались, ему хотелось говорить и говорить, не останавливаясь; Георг часто думал о женщинах… о всех тех прекрасных женщинах, которых он упустил и о которых мечтал.
Король знал, что бывали случаи, когда он находился на грани между ясным сознанием и безумием, и в душе понимал, что если такое случалось раньше, то вполне может повториться вновь. По-видимому, это неминуемо. Он пытался отдалить это время, что было для него непосильной задачей.
Он смотрел на Шарлотту и видел перед собой маленькую, преждевременно состарившуюся женщину, неряшливо и немодно одетую старушку, ибо все эти неприятности отразились также и на ней.
Бедная Шарлотта! – думал он. О чем, интересно, она сейчас думает?
Он не спрашивал ее. Он не осмеливался сделать это.
Люди в городе распевали:
Наши молитвы услышаны.
Провидение вернуло патриота-короля
На благословенные британские берега.
Людей очень легко растрогать. Сегодня они любят, завтра – ненавидят.
Как же, патриот-король! – подумал он. Потерял Америку; подарил им принца Уэльского; некоторое время был не в своем уме… и, наверняка, будет опять.
О! Неужели он произнес это? Он не переставал об этом думать, и знал, что это непременно случится.
О нем будут говорить, что правил когда-то безумный король.
А Шарлотта между тем тоже думала: «Что станет со всеми нами? Ведь это еще не конец. Это только начало».