Обреченная на корону

Ощущалась жгучая потребность в наследнике. Я готова была отдать Ричарду все, что имею. Но по иронии судьбы не могла дать того, в чем он больше всего нуждался.
«Я зажилась на свете. Не будь меня, — напоминала я себе, — он мог бы жениться снова. Мог бы произвести на свет сына, и у страны появилась бы новая надежда».
Смерть идет ко мне слишком долго. Появились новые слухи. О Ричарде стали говорить самое дурное, что только можно выдумать.
Я знала об этом по взглядам на мою еду, которую большей частью подавали мне в комнату из-за моей слабости. Догадывалась, что на уме у моих фрейлин. До моих ушей долетали обрывки произносимых шепотом фраз.
Королю надоела больная, бесплодная жена. Она стала для него бременем, он не может больше с ним носиться. Ему надо думать о собственной безопасности. И он велит подсыпать королеве в пищу яд, чтобы побыстрее от нее избавиться.
Прошло три месяца с Рождества, когда Елизавета Йоркская появилась в таком же платье, как и я, показывая, до чего мы непохожи — одинаковая одежда лишь подчеркивала контраст между нами. Она была такой искрящейся, цветущей, блестящей рядом с этим несчастным существом, тощим, бледным, болезненным.
Кто-то предсказал мою смерть, и на улицах стали говорить, что я уже умерла.
Узнала я об этом, когда одна из служанок при встрече со мной чуть не упала в обморок. Она закричала:
— Я видела призрак королевы! Бедняжка, она явилась тревожить нас. Неудивительно...
Меня это расстроило. Я почувствовала себя заживо похороненной. Убитой... ядом, подсыпаемым по велению мужа!
Я сидела в кресле, с распущенными волосами, в халате, потрясенная, ошеломленная.
Ричард застал меня такой.
— Почему у меня такая слабость? — спросила я его. — Ты не знаешь, Ричард? Чем я заслужила смерть?
Он взял мое лицо в ладони и поцеловал меня.
— Почему ты так говоришь? Анна... моя Анна... ты заслуживаешь жизни и будешь жить.
Я покачала головой.
— Нет. Моя смерть близка. Я это чувствую. И жалею, что всегда была такой слабой,
— Анна, дорогая, — сказал Ричард, — не говори так. Ты всегда была очень дорога мне. Приносила громадное утешение во всех моих несчастьях. Помнишь, как жалела меня в Миддлхеме? Я очень уставал... а ты хранила мою тайну.
— Ричард, это было давно.
— Анна, приободрись. У тебя нет причин унывать.
На миг я ему поверила. И устыдилась того, что, пусть ненадолго, позволила себе дурно думать о нем.
Однако ночью эти сомнения вернулись. Ричард очень добр со мной, очень мягок. Так откуда у меня эти мрачные мысли? Почему я позволяю себе сомневаться в нем? Он не может жениться на своей племяннице. И хочет, чтобы я оставалась с ним, чтобы утешала его, как всегда.
Наступил март, с ним приходит предвестие весны. Но я не увижу ее.
Говорят, сейчас затмение солнца. Это символично. Земля погружается во тьму. Однако свет на землю вернется. Но ко мне уже нет. Вокруг меня сплошной мрак. Я очень многого не увижу, очень многого не узнаю.