Все, что из атомов

У селекционеров удача: выведено небывалое дерево с красно-синей полосатой древесиной. И вдруг, лесной пожар, погибли посадки, надо все начинать сначала. Нет, не с самого начала! В архивах Селекционного института хранятся пластинки, где записаны все выведенные семена. Мы разыскали полку, на полке нумерованную пластинку... вставили в аппарат атомной копировки ... и снова получили семена. Назовем это ВЕЩЕЗАПИСЬЮ. 
Заманчивые возможности! Но как же, как же подступиться к ним? 
Сидя у раскрытого окна (уже лето 1943 года), Березовский задумчиво листает энциклопедию. Удобная оказалась тетрадь - тут же справочник, тут же источник идей. 
Азербайджан... Азия... Азовские походы Петра... Азорские острова. Азосоединения... Что такое азосоединения? Твердые, окрашенные кристаллические соединения азота... 
- Кристаллические! Но ведь это же идея! "Идея!!!" - с тремя восклицательными знаками, так и записано на полях 733-й страницы. 
И тут же Березовский раскрывает свою мысль: 
-Сама природа подсказывает путь. Ведь кристаллизация - это естественный монтаж вещества из атомов. Допустим, из раствора выпадает сульфат Na_2SO_4. Это значит, что атомы натрия, кислорода и серы, имевшиеся в морской воде, расположились в определенном порядке. 
И в каждой молекуле, в триллионах и триллионах молекул они располагаются никак не иначе: сера в середине, вокруг нее четыре (не два и не пять) атома кислорода, к кислороду пристраивается натрий. Нигде натрий не попадает в середку, нигде он не стоит рядом с серой. Почему? Химики говорили: валентность, сродство атомов. Но что такое сродство? Грубо говоря, это электрические силы - притяжение и отталкивание. Вокруг серы и кислорода силы расставлены так, что только одна структура оказывается устойчивой. 
А все другие, случайно возникающие, неустойчивы. Они тут же разрушаются. 
Значит, - пишет Березовский, - надо повторить отпечаток электрических сил отталкивания и притяжения в веществе, и тогда атомы сами соберутся, станут на свои места... 
И приписывает, трижды подчеркивая: 
- Атомная сборка не химера. Природа уже изобрела ее. 
Читатели XXI века с улыбкой прочтут эти строки. Они кажутся сейчас наивными и умилительными, как первые слова ребенка, как первые неустойчивые шаги. Вот так пробирались люди к атомной копировке. Мы знаем, что все это было осуществлено иначе, гораздо экономнее. Мы видим сейчас такие вещи, о которых и не догадывался Березовский. 
Запись о кристаллах - одна из последних. За ней следует какой-то расчет... непонятные буквы... 
К сожалению, от самого изобретателя не осталось ни атомной записи, ни пластинки с голосом, нет даже хорошего портрета. Портрет, висящий в музее имени Березовского на Девятой линии Васильевского острова, увеличенная копия очень бледной и размытой карточки с красноармейского билета. Черты лица почти нельзя разобрать. Под портретом даты: 1909 - ? 
Даже год смерти пионера атомной копировки нам неизвестен. Вероятнее, он кончил жизнь в 1943 году. Может быть, не сумел оправиться от раны и голодовки, может быть, погиб при обстреле. Сломленные, уже проигравшие войну фашисты все еще огрызались, как смертельно раненый зверь. У них не хватало сил, чтобы штурмовать Ленинград, не хватало самолетов, чтобы бомбить город... но из орудий они обстреливали улицы. Бывало, что снаряд попадал в магазин или на людный перекресток, или в трамвай... Тогда гибли десятки людей сразу. Осколки не разбирали: разили матерей, детей, инвалидов, авторов неродившихся изобретений. 
Все равно, идея не пропала. Вообще, правильные идеи не пропадают в науке. Ни пуля, ни снаряд, ни самый косный бюрократ не могут задержать идеи. Как только возникает надобность, как только приходит техническая возможность, идея возникает вторично, в другой, третьей, четвертой голове, только потому, что она верна и способна принести пользу.