Оборотни в погонах

– Привет, Эдуард, – поздоровался с ним Гуров.
– Ну, приветствую вас, господа столичные начальники, – энергично пожал он им руки. – Ох, не без сомнений пришел я на встречу с вами, недобрые предчувствия одолевают меня.
– Чего это ты так пафосно? – подозрительно повернулся к нему Крячко, сидевший рядом с Гуровым.
– Да слухи до нас тут дошли, что вы вчера банду киллеров в центре Москвы повязали, прямо на улице, – весело улыбаясь, рассказал Гуляев.
– Вранье, – решительно ответил Крячко. – Никого мы не вязали, зачем это нам надо?.. Мы их просто застрелили прямо на улице.
– Опа! – хмыкнул Гуляев. – Это что, личная месть или новое слово в оперативной работе?
– А мы вообще новаторы, – поддержал ироничную ноту в разговоре Стас. – И очень не любим киллеров.
– Ну, может, хватит языки проветривать? – оборвал их Гуров. – Однако быстро слухи в нашем ведомстве распространяются.
– И вы по этой причине мне встречу в машине устроили, а не в моем кабинете? – усмехнулся Гуляев.
– Верно мыслите товарищ, нам лишние уши не нужны, – подтвердил Гуров. – – Ожегшись на молоке, как говорится, начинаешь дуть на любую жидкость.
– Значит, ваш приезд к нам – это последствия вчерашних событий? – снова спросил Гуляев. – Неужели и в наших спокойных местах тоже начнется стрельба?
– Ну да, у вас тут, конечно, просто тихая заводь, – с сарказмом заметил Стас. – Криминальных авторитетов больше, чем здесь, нигде не живет в Подмосковье.
– Поэтому и тихо, что они здесь живут, а воевать в Москву едут, – ответил Гуляев и, заметив, что Гуров начал проявлять беспокойство, сказал: – Лев Иванович, вы не думайте, я все, что надо, для вас сделаю. Говорите, что вас здесь интересует?
– Один автомобиль, который у вас зарегистрирован, и его хозяин, – коротко ответил Гуров. – Вадим, дай человеку данные.
Борисов, сидящий рядом с Гуляевым, протянул ему листок бумаги с данными на хозяина.
– Улица Высокая, – удивленно взмахнул бровями Гуляев. – Да это же моя вотчина.
– Типа ты там всех крышуешь? – поинтересовался Крячко.
– Типа там крыша моего дома, – ответил опер. – Живу я там, на этой улице. И этого Муратова я знаю, не очень, конечно, хорошо, но знаю. Он три года как на пенсии, до этого работал на железной дороге. Машина у него была, но вот последнее время он на ней не ездит. У него, по-моему, были проблемы со здоровьем. Может, поэтому ездить перестал и продал ее кому-нибудь по доверенности.
– Это все и надо проверить, но не поднимая шума и не засветившись, – сказал Гуров.
– Ну, тогда поехали, – предложил Гуляев. – Сейчас направо и до конца улицы, а там я покажу.
Гуров завел мотор и покатил по улицам, ориентируясь по подсказкам местного оперативника. Через пять минут они уже были на окраине города и, в очередной раз свернув, оказались на улице, где дома были сплошь частными, в основном старыми и одноэтажными.
– Вот сейчас притормозите, Лев Иванович, слева от вас зеленый дом – в нем и живет Муратов. Но я предлагаю проехать дальше, вон к тому двухэтажному, из белого кирпича. Это мой дом, у меня и обсудим, что делать дальше.
Гуров проехал к дому Гуляева, и через пару минут они уже были у него во дворе.
– А здесь недалеко, – сказал Гуров. – Как думаешь, Вадим, твоя аппаратура возьмет разговор в доме Муратова, если ее поставить на втором этаже?
– Конечно, возьмет, – уверенно подтвердил Борисов. – Микрофон может, конечно, давать сбой, хорошо бы поставить в доме «жучки». Тогда все будет работать надежно.
– Вообще-то, у меня на втором этаже спальня, где мы с женой спим, – рассеянно произнес Гуляев. – Но если уж очень надо…
– Да ты не переживай, – влез в разговор Стас, – Вадик у нас человек увлеченный работой, он вам совсем не помешает.
Эдуард криво усмехнулся на шутку Крячко и сказал:
– Ладно, мы на время можем перейти на первый этаж, а спальню я отдаю в ваше распоряжение. Черт, я знал, что обязательно возникнет какой-нибудь геморрой, связанный с вашим приездом.
– Я что-то не понял… Я что, здесь жить останусь? – прозрел вдруг Борисов, таращась то на Гурова, то на Крячко.
– Я же тебе обещал вчера, что наказание будет суровым, – холодно ответил Гуров. – Ты еще легко отделаешься, если этим все ограничится. У тебя практически курортные условия работы. Это тебе не в тесной машине по морозу гоняться.
– Да, просто повезло мужику, – снова втерся в разговор неугомонный Крячко. – Сиди себе в тепле, попивай чаек, жена гостеприимного Гуляева тебе завтрак, обед и ужин подает, разговорами забавляет, пока муж на службе.
– Она весь день на работе, как и я, – угрюмо парировал опер. – А в доме только теща, но ее вряд ли заставишь еду для ментов готовить.
– С этим немного не повезло, но и с тещей можно договориться, – продолжил было Стас, но у Гурова опять кончилось терпение, и он заорал на них:
– Мы работать будем сегодня?!
Все посмотрели на него вопросительно, и Гуров уже тихо и спокойно продолжил.
– Вадим, выдай Эдуарду несколько «жучков» и покажи, как их поставить. Ты, Эдик, расположи здесь нашу технику и сходи к Муратову. Причину надо найти бытовую, никак не связанную с разыскиваемой нами тачкой. Но по ходу аккуратно порасспроси о том, где она сейчас. Хозяина попроси принести что-нибудь, поставь «жучки» по квартире и уходи. Тему подходящую найдешь?
– Обижаете, Лев Иванович, уже нашел, – обиженно ответил Эдик. – Я же все-таки опер.
Вихрастый барбос высотой в холке не выше колен яростно заголосил, как только Гуляев подошел к калитке. Зная, что собака привязана, опер вошел во двор и направился по расчищенной от снега дорожке к дому.
Навстречу ему уже вышел хозяин и, грубо цыкнув на собаку, вопросительно посмотрел на Эдуарда.
– Привет, дядя Женя, – поздоровался опер.
– Здорово, Эдик, чего пожаловал?
Высокий старик в неопрятной телогрейке, с трехдневной седой щетиной, торчащей ежиком, и такими же волосами, и был Муратов.
– Дядя Женя, у меня к тебе секретная миссия, – улыбнулся Эдуард.
– Какая? – не понял Муратов.
– Дело в том, что у нас сегодня в ментуре намечено кое-что отметить. Водку мы закупили за счет отдела, а закусь свою должны принести. Вот я и хочу у тебя прикупить пару банок с солениями. Я знаю, что ты на базаре приторговываешь ими, вот и решил к тебе обратиться.