Избранные произведения. Том 1
Часть 98 из 108 Информация о книге
Послесловие
Нимфе
Последняя страница книги,Мой друг, закрылась пред тобой:Огромной жизни нашей мигиВ ней сплетены с моей судьбой, —Борений полной, непонятнойПодчас и мне. Рассудишь сам,Где родинки — рожденья пятна,Где сóзвук юным голосам.Но не к тебе лишь послесловье,Читатель мой, обращено, —И к той, чьей верною любовьюМне было солнце зажжено.Она, души моей подруга,В глухие годы тьмы и злаИз заколдованного кругаМеня в свободный мир вела.И если что-нибудь живоеУслышишь в повести седой,Скажи спасибо молодоеТой, кто была моей звездой.Достоевский
Уйдите! Уйдите! Я вас не хочу.Я вас умоляю, учитель, — уйдите!Смеетесь? Ошиблись. Я мчусь. Я лечуВ пылающем вихре вам страшных событий.Вы доктора сын. Вы большой психиатр,Анатом рубцов изъязвленного мозга.Людского страданья Эсхилов театрВы ставите властно махиной громоздкой.Поймите меня. Вам легко пожалетьПроходимца двух эр, двух эпох ледниковых.Вы построили мне одиночную клеть!Вы на волю надели смиренья оковы!Так зачем же вам ночью меня посещать,Вам, мучителю дум краевых поколений?Я из клетки бежал, вызволенья ища,Я не с вами, а с тем, кто свобода, кто Ленин.Солнцем день закипает. Взрывают гудкиБезделья ночного седое болото.Я в массе. Я с нею. Гудков кипяткиМне шпарят израненный череп работой.А вы истлеваете в блеске труда,Вы лысым ребенком застыли в тревоге,В костлявые пальцы зажав поводаСорвавшейся тройки, чей кучер был Гоголь.Вы ждете, гранит запахнув на себе,Немым валуном средь людей притворяясь,И смотрите вдаль, где идет по Трубе,Стреляя ресницами, Соня вторая…Гудки замирают. Кончается труд.Цепляясь за окна фатой синеватой,Унылые сумерки в город бредут,Вся линия улицы ночью измята.И снова, пугая распухшим лицом,Вот тем, что в гробу срисовал с вас художник,Ко мне, соблазняя терновым венцом,Из Мертвого дома приходит острожник.Клочок порыжелой в страстях бороды.Пиджак словно соткан из невских туманов…Я знаю: колода картишек худыхВзметнется из близкого к сердцу кармана.Вы мечете банк. Я иду… Проиграл!Еще… Карта бита. Я нищий!Со Спасских ворот долетает хорал:«Вы жертвою пали…»Вы ищете пищи.Искусству раскрыв ненасытную пасть,В нее вы бросаете тему за темой,И жадная ночь насыщается всластьЕще не написанной вами поэмой.— Хотите ва-банк? —Отвечаю дрожа:— Хочу! Достоевщина — ставка! —Но раньше, чем карта, ударом ножаРассвет рассекает нас. Кончена явка.Я к форточке. Воздуху! Ветер, смеясь,Сдувает губительный пепел свиданья,И кожу окраски сменив, как змея,Вдаль улица стройно ведет свои зданья.И строится город, и пилы звенят,Прочнейшую гать настилая на омут.И странная сила уносит меняЗа вами идти. Но идти по-другому.И словом, борьбой налитым, как у вас,Взвалив вашу страшную ношу на плечи,Хочу не смиренью учить я сейчас —Хочу рассказать я про бунт человечий.«Струны белые березок…»
Струны белые березокПотянулись в синеву,Всю стряхнул осенний посохЗолотую их молву.И задумчивые ели,Гордо вея головой,Изумрудом засмуглели,Расправляя бархат свой.«Осень, осень! Золотая!…»
«Осень, осень! Золотая!Тая в бездне голубой,Безвозвратно улетая,Унеси меня с собой!»«Листьям простеньким приятнаЛётной смерти быстрота,Но ведь ты, мудрец занятный,Жил на свете неспроста?»«Настанет час, когда меня не станет,…»
Настанет час, когда меня не станет,Помчатся дни без удержу, как все.Все то же солнце в ночь лучами грянет,И травы вспыхнут в утренней росе.И человек, бесчисленный, как звезды,Свой новый подвиг без меня начнет.Но песенка, которую я создал,В его трудах хоть искрою блеснет.Моя обитель
Весь мир мне улыбался,И улыбался я.А он, качаясь, мчалсяПо безднам бытия.Кругом летят созвездья,У каждого свой путь.Умчаться с ними вместе,На эту жизнь взглянуть?Но не хочу расстатьсяС обветренной землей, —Уж лучше с нею мчаться,То ль доброй, то ли злой.Хотите ль, не хотите,Но эту благодать —Житейную обительМне жалко покидать.