Избранные произведения. Том 1

  
7. «Заломила руки вешняя береза…»
 
 
 
Заломила руки вешняя береза,
 
Опустила до земли ресницы,
 
Закачалась в яростной печали.
 
«Как расти мне в поле одинокой,
 
Как стоять одной, зеленоокой!
 
Мужики зимою приходили
 
В кожухах, тулупах, полушубках,
 
Все кругом на избы порубили,
 
Будут жить теперь в пахучих срубах».
 
Ты не плачь, не плачь, моя береза!
 
Много добрых одиноко жили!
 
Вот летят к тебе певуньи-птицы,
 
Как насядут говорливой тучей,
 
Да займут все ветки, веточки и сучья,
 
А в корнях весеннее заиграет зелье,
 
По тебе зачнется зелень-рукоделье,
 
Во скорбях узнаешь тихое веселье.
 
 
  
8. «Дикий ворон каркнул в поле…»
 
 
 
Дикий ворон каркнул в поле
 
На дремучем валуне.
 
Зори крыльями взмахнули
 
И сгорели в стороне.
 
 
 
Вышел я в ночное поле —
 
Звезды вешние летят.
 
Кобылицы рыщут в горе:
 
Потеряли жеребят.
 
 
 
Грузно рухнул на колени,
 
Поднял новь земли сырой
 
И к пахучей черной ране
 
Пал горячею щекой.
 
 
 
Я хочу, земля, услышать
 
Первый твой весенний вздох.
 
Скоро всю тебя распашет
 
Древний шаг крестьянских сох.
 
 
 
Ты подымешь яровые,
 
Молоком зерно вспоишь,
 
Золотой ржаной молвою
 
В знойный полдень прошумишь.
 
 
 
Ты напой, земля, богато
 
На восходе раннем дня
 
До зари, холмами скрытой,
 
И, бессчастного, меня.
 
 
 
Я такое же, как в злаках,
 
Что засеяны давно,
 
Я твое — прозяб до срока —
 
Буйновсхожее зерно.
 
 
  
9. «Коли помер он, так спляши по нем…»
 
 
 
Коли помер он, так спляши по нем,
 
На холму на том, на золе живой.
 
Ой, взмахни, взмахни
 
Рукавом!
 
Ой, сверкни, сверкни
 
Оком ввысь!
 
Размахнись, пройдись,
 
В пляс пустись
 
Огневой!
 
Коль сожгли дотла, насади тут рай,
 
На холму на том, на живой золе.
 
Песни в том раю
 
Заиграй!
 
Про любовь свою
 
Повести!
 
Алый цвет цвести
 
Напусти
 
По земле.
 
 
<1912>
 
  
ЦВЕТУЩИЙ ПОСОХ
 
Вереница восьмистиший
   
«Посох мой цветущий…»
 
 
 
Посох мой цветущий,
 
Друг печальных дней,
 
Вдаль на свет ведущей
 
Вечных звезд верней!
 
Ты омочен в росах,
 
Ты привык к труду.
 
Мой цветущий посох!
 
Я с тобой иду.
 
 
<1912>
 
  
СЕБЕ
 
 
С какою тихою красою
 
Минуты детства протекли…
 
Но все прошло и скрылось в темну даль —
 
Свобода, радость, восхищенье.
 
  
«Как жизнь любимая проклята,…»
 
 
 
Как жизнь любимая проклята,
 
Какое горькое вино
 
Мне в чаше кованого злата
 
Рукой прекрасною дано!
 
 
 
Но пью, не ведая соблазна:
 
Ужели зверь небытия
 
Протянет лапой безобразной
 
Мне ковш медового питья?
 
 
  
«Хлеб перемолот, жернова остыли…»
 
 
 
Хлеб перемолот, жернова остыли,
 
И мельник тихо дремлет у дверей.
 
И отруби ржаные в даль уплыли
 
Небесных огнедышащих морей.
 
 
 
Оплакавши истерзанные зерна
 
И всходы новые благословив,
 
Учусь я жизни, кротко и упорно,
 
У матерей смиренномудрых — нив.
 
 
1912
 
  
«Люблю я женственную воду…»
 
 
 
Люблю я женственную воду,
 
Огонь, как юноша, живой,
 
Камней надменную породу
 
И землю с нежною травой.
 
 
 
Люблю разгул пространства мрачный
 
И звездных вихрей торжество,
 
Но воздух наш, земной, прозрачный,
 
Люблю я более всего.
 
 
1912
 
  
«Ночь, прощай! Я день свой встретил…»
 
 
 
Ночь, прощай! Я день свой встретил,
 
Тьму родную разлюбил.
 
Что узнал в ее ответе,
 
Ей в молчанье возвратил.
 
 
 
Пусть хранит, пускай колышет
 
Волны злого ведовства.
 
Воздух ясен. Дух мой дышит.
 
Просветляются слова.
 
 
<1913>
 
  
«Невыразимых слов движенье…»
 
 
 
Невыразимых слов движенье
 
Дыхание стесняет мне.
 
Я жизни чувствую волненье
 
И в бледной мертвенно весне.
 
 
 
Налет неуловимой ночи,
 
Двух зорь таинственная страсть
 
Мне двуединый плен пророчит,
 
А музыке и девам — власть.
 
 
<1913>
 
  
«Мне стали сниться страны, земли…»
 
 
 
Мне стали сниться страны, земли,
 
Дороги, дали и пути,
 
Меня желание объемлет
 
В уединение уйти.
 
 
 
Услышать птиц, увидеть снова,
 
Как зори утра хороши,
 
И властью радостною слова
 
Творить чудесное в тиши.
 
 
1912