Поле битвы - Россия!
Пресса надрывалась, крича об экономическом Пирл-Харборе ‹В декабре 1941 года японцы почти полностью уничтожили Тихоокеанский флот США в бухте Пирл-Харбор. Два года спустя в битве при Мидуэе американцам удалось нанести поражение японскому флоту.› со страниц газет, отпечатанных на суперсовременных печатных станках, изготовленных в Иокогаме, с экранов телевизоров «Панасоник», «Тошиба» или «Хитачи» с повышенной четкостью изображения, сигнал на которые поступал по японским системам связи. И новая битва при Мидуэе казалась мало вероятной в обозримом будущем. Разумеется, даже стратегическое военное противодействие исключалось, не только из-за разгрома, устроенного армии США в Африке и царящих во всем мире антиамериканских настроений, но также и потому, что защищавшая Японские острова система воздушно-космической обороны была гораздо совершеннее, чем не полностью развернутая система противокосмической обороны США, которая в свое время послужила первоначальным толчком и основой для создания ее японского аналога.
Соединенные Штаты обвинялись во всех бедах современности, включая и распространение болезни Рансимана. В восторге от унижения Америки страны Европейского Сообщества быстро забыли, что поначалу поддерживали интервенцию в Заир. Во всем мире господствовало чувство, что американцы наконец-то получили по заслугам, и европейцы поздравляли себя, что еще в девяностые годы прошлого столетия так успешно развалили Североатлантический блок. Военными действиями больше невозможно ничего решить, утверждали они и в качестве примера приводили собственные миниатюрные армии - едва достаточные для хорошего парада - как наиболее эффективные в мире, где обескровленные гиганты как Востока, так и Запада в равной степени оказывались загнанными в угол. Основной целью европолитики стало, похоже, стремление разделить мировые рынки сбыта с Японией и менее могущественными государствами Тихоокеанского региона, даже ценой существенных уступок Стране восходящего солнца. В конце концов, рассуждали европейцы, их собственный внутренний рынок останется незатронутым соглашениями, и вообще Европейское Сообщество стало почти столь же замкнутым в себе, как Китай.
Единственное, к чему европейцы оказались не готовы, так это к болезни Рансимана, к тому удару, который она нанесла мировой экономике вообще и европейской, в частности. Только японцы сумели организовать действительно эффективные защитные меры, напрочь закрыв доступ на свои острова, но продолжая экспортные операции через открытый на Окинаве торговый порт.
Тейлор пролистал списки погибших, не чувствуя себя еще готовым вчитываться в них более внимательно. Точно так же он не мог заставить себя детально изучить подробности проигранных сражений. Он еще не дочитал все до конца, но в нем уже начало расти чувство протеста. Он выжил, и его страна преодолеет все свалившиеся на нее беды так же, как Тейлор преодолел тяготы своего путешествия по джунглям.
Наконец, он отбросил замусоленные газеты, натолкнувшись глазами на заголовок, который как бы подводил итог под мозаикой печальных новостей:
«КОНЕЦ АМЕРИКАНСКОГО СТОЛЕТИЯ».