Христиерн II и Густав Ваза

Гаральд
 
 
Так ты собой пожертвовать готова?
 
 
Матильда
 
 
Чем? этой рухлядью костей, которых
 
В добычу ждет к себе давно земля?
 
Не этим ли пергаментом бесценным,
 
Что скоро червяки испишут словом:
 
Смерть, смерть, смерть?.. Чем еще? Вдовством моим,
 
Тюрьмою этой, горькими слезами
 
И днями черными, которых счет
 
В иссохшей голове уж потеряла?
 
Возьмите все мое, лишь сохраните сына
 
Для Швеции моей.
 
 
(Немного погодя.)
 
 
         Хотелось бы увидеть
 
Его в венце... Но, Господи, ты мне
 
Порукою, что будет в нем Густав:
 
Не погуби моих надежд!.. Умру
 
Спокойно с этой мыслью.
 
 
Гаральд
 
 
            Чу! идут. —
 
Ты уничтожила мою записку?
 
 
Матильда
(показав, что проглотила ее)
 
 
Здесь, здесь она у сердца моего,
 
В утробе этой, где носила сына;
 
И буква каждая твоя уж кровью
 
Моею напиталась...
 
 
Гаральд
 
 
          До свиданья!
 
Тогда слова все примут грозный образ
 
И сильной ратию ударят на врага.
 
 
(Уходит.)
Явление II
Густав, Матильда и Родериг. Густав бросаясь на колена перед матерью, хочет поцеловать у ней руки.
Матильда
(не давая ему руки)
 
 
Зачем пожаловал? Христьерна слуг
 
Число умножить? Да, из роду Вазы
 
Доныне у него в передней не служили:
 
Ты первый будешь, поздравляю — мать
 
Хотел, конечно, ты утешить этим!
 
 
Густав
 
 
О, не смотри ты так сурово на меня,
 
Не раздирай мне сердца пополам
 
И не вини меня без оправданья!
 
 
Матильда
 
 
Встань и скажи, что можешь ты сказать.
 
 
Густав
 
 
По тайному приказу твоему
 
Я ехал в горы...
 
 
Матильда
 
 
        Колыбель твоих
 
Счастливых, детских лет, приют любви
 
И твердой преданности к нам народа,
 
Простого, доброго и — сильного, когда
 
Вооружится он на дело неба.
 
Что ж ты, исполнил мой приказ?
 
 
Густав
 
 
               С письмом
 
От моего отца гонец мне путь
 
Перехватил. В посланье этом
 
Вот было что написано: «Покорность
 
И полная покорность государю!
 
За голову твою пылают города,
 
И братья тонут сотнями в крови:
 
Заложником отдайся, и купи
 
Свободою своею жизнь отцу,
 
Отечеству хоть год отдохновенья
 
И матери свободу».
 
 
Матильда
 
 
         Узнаю
 
Я Эрика: дороже жизнь ему
 
Сыновней головы и счастия. Но прах
 
Его зачем тревожить?
 
 
Густав
 
 
          Прах? отца?
 
Он жив, как я; письмо его король
 
Мне переслал, что б ты его читала
 
 
(подавая ей письмо.)
Матильда
(отталкивая письмо)
 
 
Читай ты сам, дитя, и выучи
 
По нем урок, который задает
 
Тебе учитель твой!.. И ты, несчастный,
 
Лукавому поверил, как ребенок
 
Внимает простодушно сказкам мамки?
 
У сердца моего спроси ты лучше;
 
Спроси ты у очей моих: сгорели
 
Они от слез в один протекший день.
 
Да вот всех лучше, всех красноречивей,
 
Несчастный пестун твой тебе расскажет.
 
 
Густав
 
 
Немой!
 
 
Матильда
 
 
    Да, да, и потому, что он немой.
 
 
Густав
 
 
На все мои запросы отвечал
 
Он знаками, что Эрик жив остался.
 
 
Матильда
 
 
И ты, Густав, мой сын, не отгадал,
 
Что клятвою ужасною он связан;
 
Что для тебя лишь дал ее, и муки
 
Ужасные он выдержал, чтобы
 
С тобой не разлучаться? — Верный раб
 
И друг, приди и обними меня.
 
 
(Родериг бросается на колени и целует у ней руки; Матильда обнимает его.)
Густав
 
 
Неужели так жестоко насмеялись
 
Над клятвою священной вицерой,
 
Епископ и король?.. О, Боже! верить
 
Чему ж придется в наши времена!
 
Злодей, как дерзко он еще вчера лукавил!
 
И я ту руку целовать спешил,
 
Которою он пролил кровь отца!
 
 
Матильда
 
 
Для Христиерна уж давно святого
 
Нет на земле; а вицерой его,
 
Слуга его наложниц, брадобрей,
 
Виновник доблестный несчастья многих
 
Семейств, и в том числе Екатерины
 
Кронсгельм... судить ты можешь сам,
 
Что от наместника такого ждать!
 
Но дело сделано. Отца мы праху
 
Дань принесем — слезами ль? Нет, мы слезы
 
Зароем в глубине души, чтобы
 
Никто и не подозревал о них;
 
Когда их горечь закипит со дна,
 
Проглотим горечь, будто чашу меду,
 
И сладкою улыбкою приправим.
 
Обманем их, как обманули нас.
 
 
Густав
 
 
На все готов, хоть на гвоздях лежать,
 
Пока свободу ты получишь;
 
А там... Густав уж будет знать, что делать.