Святой дьявол - Распутин и женщины

Она продолжала рассказ: именно в тот момент, когда дамы собирались подойти к отцу Иоанну, он с горящими глазами вышел из алтаря, поднял правую руку и воскликнул властным голосом: "Остановитесь! Сегодня среди нас присутствует более достойный, который первым должен принять святое причастие, - тот скромный паломник, стоящий там среди вас!" При этом он указал на самого обычного мужика в глубине церкви, в той части Божьего храма, где обычно молились нищие, слепцы и паралитики. 
В испуге все повернулись к человеку, указанному отцом Иоанном. Это действительно был простой крестьянин в овчине, тяжелых сапогах, с посохом в руке и с грубым мешком за спиной. Тем не менее от внимания дам, по крайней мере по утверждению графини Игнатьевой, от которой Стана узнала все подробности, не ускользнуло, какие ясные глаза были у этого мужика. Глаза, подобные этим, они не встречали прежде ни у одного человека, но самым удивительным было то, как этот странник себя вел! Ожидали, что все происшедшее сильно смутит его, но этот чудный человек даже не казался удивленным, не говоря уже о смущении: спокойным шагом подошел он к иконостасу, принял причастие и затем сам благословил отца Иоанна! 
В салоне графини Игнатьевой этот случай, естественно, возбудил величайший интерес; были наведены справки, откуда появился этот незнакомый странник и кем он, в конце концов, был. Великая княгиня рассказывала царице, как архимандрит Феофан встретил странника в коридоре Духовной академии и завязал с ним беседу. На следующий день Феофан появился в салоне Игнатьевой и подробно описал, какое впечатление произвел сибирский крестьянин на него самого, епископа Гермогена и почтенного монастырского священника Илиодора. Но не только эти духовные лица были поражены набожностью, глубокими знаниями и изначальной мудростью этого чудо-человека Распутина; очень рассудительные, скептически настроенные люди, профессора, адвокаты, офицеры и чиновники, познакомившись с ним при встрече в "Союзе русского народа", совершенно поддались его чарам и были уверены в его святости. 
Отец Феофан привел удивительного крестьянина во дворец великой княгини Станы и ее супруга в Сергеево, в результате и Николай Николаевич почувствовал к нему величайшую симпатию. Далее Стана рассказывала императрице, что к великому князю явилась делегация от "Союза русского народа" и попросила его содействия, чтобы привести нового святого в Царское Село и представить царской чете. Они полагали, что устами этого крестьянина говорит "голос русской земли", душа самого святого русского народа; но никогда еще не было так необходимо услышать голос народа, как именно теперь, когда "революционеры своими злодеяниями угрожают престолу и православной Церкви". Царь и царица окружены неискренними и ненадежными придворными, заигрывавшими в душе с вредными идеями "Запада"; тем более важным представляется поэтому возможность услышать однажды при дворе истинного представителя народа. 
Сама Стана могла только ходатайствовать об этом перед императрицей: "Союз русского народа" был действительно самым верным и надежным защитником монархии, и если он что-то советовал императору, то только в интересах престола и династии. Николай и Алике были абсолютно правы, не доверяя тому лицемерному окружению, которое намеренно пыталось утаить от них настоящие намерения народа. Но крестьянин Григорий Ефимович был истинно русским и при этом православным христианином, знал народ, его интересы и желания, и он мог, как никто другой, дать императору правильный совет, что надо теперь делать для подавления отринутых Богом заговорщиков. 
Еще более важным было то, что Григорий Распутин обладал чудесной целебной силой и способен был вылечить даже самых безнадежных больных. В этом Стана полностью убедилась, когда в Петербурге появилась простая, но почтенная и богобоязненная мещанка, вдова Батманова, чтобы рассказать, как Григорий Ефимович еще до его прибытия в Петербург, на родине в Сибири считался святым и чудотворцем, как стекались к нему матери с больными детьми, мужчины и женщины с неизлечимыми недугами и, выздоровев, покидали его. Сама вдова Батманова пожертвовала все свое значительное состояние на благотворительные цели в знак благодарности за излечение отцом Григорием. 
Кроме того, личное впечатление, которое произвел на Стану Распутин, оказалось прямо-таки потрясающим, и не только она сама, но и ее супруг, сестра и зять в такой же мере прониклись его святостью, как только познакомились с ним. С того момента Григорий Ефимович стал регулярно появляться как у Станы, так и у Милицы и ее супруга Петра Николаевича: не далее как вчера он снова был у Станы, и, использовав эту возможность, она сообщила ему, как плохо идут дела у бедного цесаревича и в каком отчаянии Алике. Восторженно сияя от счастья, Стана сообщила императрице, что чудотворец ответил так: "Передай царице, что она не должна больше плакать, я вылечу ее ребенка! И когда он потом станет солдатом, у него снова будет румянец во всю щеку!" 
Впервые за много дней на лице императрицы появилась улыбка... а Анастасия Николаевна, сидя перед ней на полу, рассказывала и рассказывала. Правда, вначале Алике едва слушала, так сильно была охвачена страхом и заботами, но, по мере того, как Стана продолжала свое повествование, она, хоть и не сразу, но все-таки поняла, о чем идет речь: этот крестьянин хочет защитить императора, ее и маленького Алексея от покушений революционеров, хочет спасти Россию и православную Церковь и вылечить дорогого, единственного Алешу! 
Кровь начала медленно приливать к утомленному, бледному лицу императрицы, ее глаза постепенно обрели живость и блеск. А когда Стана начала подражать деревенской речи Распутина, царица невольно улыбнулась. Все, что этот крестьянин говорил о выздоровлении и "румянце во всю щеку", звучало так просто и сердечно, что Александра тут же почувствовала расположение к этому человеку. У нее появилось неодолимое желание познакомиться с тем чудотворцем, и она решила в тот же день поговорить об этом с государем.