Кремлевский пасьянс

Они стояли друг против друга, и ничто в мире, кроме них, не существовало. Их чувства были гораздо глубже и сильнее, чем взаимная ненависть, поэтому смерть любого из них уже не имела никакого значения. Их противостояние было гораздо сильнее смерти и всего остального.
Сзади раздался визг тормозов, хлопнула дверца и послышались легкие женские шаги. Ермаков обернулся, и его глаза широко распахнулись.
– Ты?!
Девушка некоторое время пристально его разглядывала, затем в ее глазах что-то изменилось, и она едва заметно улыбнулась.
– Я.
Ермаков подарил ей улыбку в ответ.
– Дай мне руку. Обещаю, я больше никогда не расстанусь с тобой.
Человек со многими именами и несколькими прожитыми жизнями остался стоять у своей машины. Все эти годы он был вершителем чужих судеб, и ощущение собственного превосходства над любым из ныне живущих придавало необходимый смысл всей его жизни. Никто не вправе его судить, ибо сила всегда была на его стороне. До сегодняшнего дня.
У Константина Заровского был задумчивый вид, а в руках он держал пистолет, который дал ему человек, оказавшийся сильнее его. В ушах все еще звучал голос. Голос судьи.
ФОМИН, НАЧНИТЕ СВОЮ ЖИЗНЬ С НАЧАЛА. ИНАЧЕ ВАМ НИКОГДА НЕ ПРОЙТИ ЧЕРЕЗ ЧИСТИЛИЩЕ.
Они шли, взявшись за руки, по бесконечной ленте пустынного шоссе, и Ермаков ощущал на себе взгляды снайперов, как это было три недели назад в горном Кашране. Он слышал хлопки выстрелов и чей-то негромкий вскрик, но ему не было страшно. Рука девушки в его ладони чуть заметно подрагивала, и он успокаивающе шептал:
– Любимая, ты не должна бояться. И прошу тебя, не оглядывайся. Они прокляты. Помнишь легенду про Лота и его жену?
– Помню, – тихо сказала девушка. – Это не легенда. Это про нас с тобой. Но на этот раз я не буду оглядываться. Они прокляты. Им никогда не носить белых одежд.
Они шли, взявшись за руки, по избранному ими пути и вскоре оказались на берегу реки, в том странном мире, где нет теней. Они не стали задерживаться там слишком долго. Впереди их ждала вечность.
Январь – февраль 1995 года