Страна Муравия (поэма и стихотворения)

 
Песня
Сам не помню и не знаю 
Этой старой песни я. 
Ну-ка, слушай, мать родная, 
Митрофановна моя. 
Под иголкой на пластинке 
Вырастает песня вдруг, 
Как ходили на зажинки 
Девки, бабы через луг. 
Вот и вздрогнула ты, гостья, 
Вижу, песню узнаешь... 
Над межой висят колосья, 
Тихо в поле ходит рожь. 
В знойном поле сиротливо 
День ты кланяешься, мать. 
Нужно всю по горстке ниву 
По былинке перебрать. 
Бабья песня. Бабье дело. 
Тяжелеет серп в руке. 
И ребенка плач несмелый 
Еле слышен вдалеке. 
Ты присела, молодая, 
Под горячею копной. 
Ты забылась, напевая 
Эту песню надо мной. 
В поле глухо, сонно, жарко. 
Рожь стоит, — не перестой. 
...Что ж ты плачешь? 
Песни ль жалко? 
Или горькой жизни той? 
Или выросшего сына, 
Что нельзя к груди прижать?.. 
На столе поет машина, 
И молчит старуха мать. 
1936
 
Путник 
В долинах уснувшие села 
Осыпаны липовым цветом. 
Иду по дороге веселой, 
Шагаю по белому свету. 
Шагаю по белому свету, 
О жизни пою человечьей, 
Встречаемый всюду приветом 
На всех языках и наречьях. 
На всех языках и наречьях 
В родимой стране без изъятья. 
Понятны любовь и сердечность, 
Как доброе рукопожатье. 
Везде я и гость, и хозяин, 
Любые откроются двери, 
И где я умру, я не знаю, 
Но места искать не намерен. 
Под кустиком первым, под камнем 
Копайте, друзья, мне могилу, 
Где лягу, там будет легка мне 
Земля моей Родины милой. 
1936
* * *
Ты робко его приподымешь:
Живи, начинай, ворошись. 
Ты дашь ему лучшее имя 
На всю его долгую жизнь. 
И, может быть, вот погоди-ка, 
Услышишь когда-нибудь, мать, 
Как с гордостью будет великой 
То имя народ называть. 
Но ты не взгрустнешь ли порою, 
Увидев, что первенец твой 
Любим не одною тобою 
И нужен тебе не одной? 
И жить ему где-то в столице, 
Свой подвиг высокий творить. 
Нет, будешь ты знать и гордиться 
И будешь тогда говорить: 
— А я его, мальчика, мыла, 
А я иной раз не спала, 
А я его грудью кормила 
И я ему имя дала. 
1936 
 
Станция починок 
За недолгий жизни срок, 
Человек бывалый, 
По стране своей дорог 
Сделал я не мало. 
Под ее шатром большим, 
Под широким небом 
Ни один мне край чужим 
И немилым не был. 
Но случилося весной 
Мне проехать мимо 
Маленькой моей, глухой 
Станции родимой. 
И успел услышать я 
В тишине минутной 
Ровный посвист соловья 
За оградкой смутной. 
Он пропел мне свой привет 
Ради встречи редкой, 
Будто здесь шестнадцать лет 
Ждал меня на ветке. 
Счастлив я. 
Отрадно мне 
С мыслью жить любимой, 
Что в родной моей стране 
Есть мой край родимый. 
И еще доволен я, 
Пусть смешна причина, 
Что на свете есть моя 
Станция Починок. 
И глубоко сознаю, 
Радуюсь открыто, 
Что ничье в родном краю 
Имя не забыто. 
И хочу трудиться так, 
Жизнью жить такою, 
Чтоб далекий мой земляк 
Мог гордиться мною. 
И встречала бы меня, 
Как родного сына, 
Отдаленная моя 
Станция Починок. 
1936 
* * *
Кто ж тебя знал, друг ты ласковый мой.
Что не своей заживешь ты судьбой? 
Сумку да кнут по наследству носил, 
Только всего, что родился красив. 
Двор без ворот да изба без окон, 
Только всего, что удался умен. 
Рваный пиджак, кочедыг [17]да копыл [18], 
Только всего, что ты дорог мне был. 
Кто ж тебя знал, невеселый ты мой, 
Что не своей заживешь ты судьбой? 
Не было писано мне на роду 
Замуж пойти из нужды да в нужду. 
Голос мой девичий в доме утих. 
Вывел меня на крылечко жених. 
Пыль завилась, зазвенел бубенец, 
Бабы запели — и жизни конец... 
Сказано было — иди да живи, 
Только всего, что жила без любви. 
Жизнь прожила у чужого стола, 
Только всего, что забыть не могла. 
Поздно о том говорить, горевать. 
Батьке бы с маткой заранее знать. 
Знать бы, что жизнь повернется не так, 
Знать бы, чем станет пастух да батрак. 
Вот посидим, помолчим над рекой, 
Будто мы — парень да девка с тобой. 
Камушки моет вода под мостом, 
Вслух говорит соловей за кустом. 
Белые звезды мигают в реке. 
Вальсы играет гармонь вдалеке...