78. Параграф (журнальный вариант)

91.
– Пай, - сказал я, - ты самый здравомыслящий между здесь. Или среди тут.
– Устаревшие данные, командир, - сказал Пай. - Мне давно крандец. Ты ведь знаешь, что я колюсь.
– Знаю. Но сейчас типа можно.
– Смотря чем… Да не в этом дело: можно, нельзя… много чего нельзя, а мы делаем. Веру я потерял, командир. Веру.
– После того случая?
– Ну, после, да… но не сразу после, а через время. Когда понял, что можно… - он замолчал и уставился в пол. - Да ладно, командир. Это всё сопли. Розовые сопли.
– Сопли утри, - сказал я. - Даже если они розовые. И слушай меня. Внимательно слушай. Мы все обречены, нам осталось по нескольку часов. В какой последовательности мы будем помирать, я не знаю. Никто не знает… Боюсь, что никто, кроме нас с тобой, не исполнен решимости умереть. А этот вирус херов на первых этапах делает человека зверски умным и хитрым…
– Я уже думал об этом, - сказал Пай. - Поэтому и надо бы - всем сразу.
– Это было бы лучше, - согласился я. - Но на случай, если так не получится, и на случай, если я… если что-то со мной случится: ты устроишь кремацию всем, до кого сможешь дотянуться. Понял? И вообще надо выжечь здесь всё. Но именно выжечь, а не проломить стенку.
Пай подумал.
– Ну… я попробую. Я мало понимаю в минировании…
– Я потому и говорю: жечь. Уж костёр-то ты развести сможешь?
– Всё понял, командир. Костёр - смогу.