Комфорт гарантируется

Забравшись внутрь, Гусейнов бросил последний взгляд на офис компании «Владивосток-3». Завтрашним утром все челноки должны были встретиться непосредственно в порту.
 
3
 
Как и предполагал Гусейнов, разговор с Ларисой Анатольевной оказался весьма бурным. И при этом не слишком продолжительным.
Не вдаваясь в излишние объяснения, бывшему университетскому преподавателю Володе попросту указали на дверь.
– Наша компания не нуждается больше в ваших услугах, – лаконично заявила Лариса Анатольевна. – Я вас больше не задерживаю.
Володя, приготовившийся к длительным препирательствам, оказался не готов к такому повороту событий. Он замер в дверях, обдумывая услышанное.
– Но… – невнятно протянул он.
– Все организационные вопросы решите в отделе кадров. В моем кабинете тебе дольше находится незачем.
У Володи в голове вертелись какие-то обрывочные фразы, мелькали слова «профсоюз», «КЗОТ», какие-то другие слова.
– Вы не имеете права, – наконец произнес он.
Эдуард Николаевич, сидящий в кресле у окна, посмотрел на Володю с удивлением:
– Это по какой же причине я не имею права решать, кто мне нужен на моем корабле, а кто не нужен?
– Вы не имеете права уволить меня вот так вот сразу.
Тем временем Лариса Анатольевна нажала под столом кнопку вызова охраны. Эдуард Николаевич ухмыльнулся:
– Вы что же, собираетесь подать на меня в суд?
– А если бы и так? – начал заводиться Володя. – Или вы считаете, что я не наскребу денег на более или менее приличного адвоката? Я, между прочим, кандидат наук.
– В таком случае вы в состоянии внимательно перечитать договор. Советую сходить в отдел кадров и ознакомиться. – Сайкин повернулся к Ларисе Анатольевне. – Ларочка, мне кажется, имеет смысл вызвать охрану.
– Уже вызвала.
– Я это так не оставлю! – кипятился Володя.
В этот момент в кабинете появились охранники – два здоровых молодца в форменной одежде.
Они сумели оценить обстановку очень быстро, и спустя пару секунд Володя оказался в весьма неудобной позиции с заломленными назад руками.
– Ребята, проводите господина Моршанских в отдел кадров и проследите, чтобы он там не безобразничал. После того как он все закончит, выкиньте его из офиса на улицу. – Лариса Анатольевна улыбнулась. – Только без грубостей, а то господин Моршанских собирается с нами судиться. – Ее лицо опять сделалось жестким. – И чтобы он никогда больше не переступал порог нашего офиса.
Володю потащили к двери.
– Ты еще пожалеешь об этом, сука! – заорал он, превозмогая боль. – Вы все об этом пожалеете.
Один из охранников обернулся.
– Лариса Анатольевна, может, ему все-таки врезать пару раз по почкам? А то чересчур говорливый.
– Делай то, что тебе сказали, – прикрикнула на него Лариса Анатольевна. – Здесь есть кому за тебя думать.
Володю выволокли в коридор, и еще какое-то время в кабинете были слышны угрозы и проклятия, которые он посылал в адрес Ларисы Анатольевны, Эдуарда Николаевича, компании «Владивосток-3» и по какой-то совершенно непонятной причине в адрес президента Соединенных Штатов Америки Джорджа Буша-младшего.
– Как я ненавижу такие инциденты! – Брезгливо сморщившись Лариса Анатольевна повернулась к Сайкину. – И ведь каждый раз кто-нибудь проклинает. Ты им рабочие места, а они тебе при случае топором по затылку.
– А не боишься, что кто-нибудь из них однажды тебе действительно топором по затылку даст? – поинтересовался Эдуард Николаевич. – Спишь по ночам спокойно?
– Когда одна, тогда спокойно, – рассмеялась Лариса Анатольевна. – А когда не одна, то беспокойно. Кого тут бояться? Их, что ли? Они безобидные. Покричат, напьются, потом через неделю каяться придут. Бояться в нашем краю других людей надо.
Наконец за дверями кабинета воцарилась тишина. Либо Володя исчерпал все свои ругательства, либо удалился на достаточное расстояние, либо просто устал.
– Ну слава богу, – вздохнула Лариса Анатольевна. – Кажется, все. Теперь и о делах поговорить можно. Коньячку выпьешь?
– Можно.
Лариса Анатольевна нажала кнопку селектора:
– Ирочка, организуй нам кофе и лимончик порежь.
– Одну минуту, Лариса Анатольевна, – раздался голос секретарши.
Эдуард Николаевич закурил трубку.
– Ходят слухи, Лара, что в наших краях грядут большие изменения, – произнес он, выпуская клубы дыма. – Так сказать, перемены.
– Эдик, я давным-давно перестала верить в перемены. С тех пор как занялась этим бизнесом. Отстегивай кому надо, и тебя не трогают. Жалко, конечно, а что делать? А кому отстегивать, мы с тобой оба знаем.
– Иногда власть меняется, – задумчиво произнес Эдуард Николаевич.
– Власть постоянно меняется, и при каждой власти находится группа товарищей, которая не прочь тебя «поиметь». Не пойми меня превратно. Или ты считаешь, что Мичмана могут свалить?
В кабинет зашла секретарша Ирочка, держа в руках поднос, на котором дымились две чашки кофе и стояло блюдце с нарезанным лимоном. Ирочка выставила все это на стол и бросила взгляд на Эдуарда Николаевича.
– Больше ничего не нужно, Лариса Анатольевна?
– Нет, Ирочка, спасибо.
Эдуард Николаевич в свою очередь тоже проводил секретаршу взглядом. Взгляд его при этом оставался задумчивым.
– Не знаю я про Мичмана, – произнес наконец Сайкин. – За последние десять лет он умудрился вырезать всех, кто мог перейти ему дорогу.
Тем временем Лариса Анатольевна разлила по рюмкам коньяк.
– В таком случае нам имеет смысл выпить за Мичмана, – улыбнулась она. – За нашего с тобой, так сказать, работодателя.
Они выпили и некоторое время посидели молча. Эдуард Николаевич продолжал пыхтеть своей трубкой.
– Ходят слухи, что Перс финансировал предвыборную кампанию нового губернатора, – сказал Сайкин. – Думаешь, это не отразится на нашем бизнесе?
– Во-первых, это только слухи. А во-вторых, нам-то что с того? Мы к Персу отношения не имеем. У него свой бизнес, у Мичмана свой. Они никогда не пересекались и вряд ли пересекутся. Или у тебя другое мнение?
Ответом послужили новые клубы дыма.
Лариса Анатольевна вопросительно посмотрела на Сайкина.
– Не знаю, – ответил он, заметив ее взгляд. – Просто не верится, чтобы два медведя захотели ужиться в одной берлоге.
…Оказавшись на улице, Володя еще несколько минут постоял перед входом, потрясая кулаком в сторону директорского окна.
Охранники из-за стеклянных дверей офиса, посмеиваясь, наблюдали эту картину.
Наконец Володя утихомирился и, одернув на себе одежду, отправился сделать то, что уже давно собирался. Он пошел в пивную.
По принципиальным соображениям Володя решил пойти не в близлежащую пивную, владельца которой он начал подозревать в сговоре с компанией «Владивосток-3» и лично с Ларисой Анатольевной, а в ту, которая находилась в непосредственной близости от его собственного дома, где челнока Володю прекрасно знали еще с тех пор, когда он был преподавателем университета Владимиром Семеновичем Моршанских.
С канувших в Лету советских времен заведение с лаконичной вывеской «Шашлычная» практически не изменилось. Одно время, правда, в среде ее постоянных завсегдатаев начали было циркулировать слухи о том, что шашлычную закроют, дабы переоборудовать ее в современный молодежный бар-дискотеку. Но по-настоящему никто из местных завсегдатаев в эту информацию не верил.
Может быть, именно этот факт и сыграл свою роль в том, что шашлычная осталась такой же, как прежде. По крайней мере, сами посетители были в этом убеждены.
Шашлычная относилась к лучшим образцам советского алкогольного сервиса. Здесь были массивные деревянные столы, сплошь испещренные инициалами представителей нескольких поколений. Две официантки под пятьдесят лет с вытравленными белыми волосами и в фартуках, на которых отчетливо проступали красные пятна кетчупа. Из кушаний здесь имелось харчо на первое, шашлык, люля-кебаб и цыпленок табака на второе. Из закусок лобио, овощной салат, креветки и вобла.