Горький привкус победы
Когда-то за этой дверцей хранились документы, которые отец, несмотря на пытки, так и не выдал преступникам. Да только его жертва, похоже, оказалась напрасной, судя по тому положению, которое бывшие «комсомольцы» теперь занимают. Ну ничего. Найдется и на старуху проруха…
Положив дневник с ходом личного следствия в пустующий ныне металлический ящик, Шаров закрыл дверцу, задвинул полку и поставил на место книги, ухитрившись даже не стряхнуть с них пыль. Вернул на место абажур торшера. Все теперь выглядело так, будто книжки на полке не трогались годами. Человек несведущий не мог бы даже предположить, что в стене за фолиантами прячется тайник.
Академик отдернул штору и прислонился лбом к прохладному стеклу. Внизу сверкала огнями ночная Москва. На пороге зимы темнело рано, но на Новом Арбате было светло как днем. Рестораны и казино манили прохожих яркой жизнью. И те бабочками летели на огонь…
Василий Павлович помнил этот район совершенно другим.
До середины шестидесятых годов прошлого столетия Арбат в бурно разраставшейся столице являлся островком, где по ряду причин с тридцатых годов XX века практически не велось новое строительство и даже обычный ремонт производился весьма скупо. Именно поэтому здесь долго сохранялись в первозданном виде классические особняки и городские усадьбы, выстроенные еще после московского пожара 1812 года. В одном из таких особняков жила семья академика Шарова-старшего. Заслуженный геолог СССР, открывший множество месторождений нефти и газа в Сибири и Средней Азии, обладатель перечня регалий, вдвое превышающий нынешний сыновний список, жил весьма скромно, занимая флигель дома Виельгорского на Собачьей площадке. А у знаменитого фонтана юный Вася вместе с соседскими пацанами игрался в «чижика» и учился курить, набивая в свернутые из газеты папироски сушеные листья смородины, растущей во дворах.
Понесла, однако же, в то время нелегкая нашего «генерального» на Кубу, где он впервые увидел небоскребы американской постройки. Был поражен и раздосадован тем, что в строительстве мы отстаем. А вернувшись, повелел, как обычно, догнать и перегнать. Придворные архитекторы ретиво склонились над картой образцового коммунистического города. И от Кутафьей башни до набережной Москвы-реки через дворики Арбата протянулась ровная линия высоток министерств и ведомств, символизировавших величие новой советской бюрократии. А историческое наследие разве было когда-нибудь помехой для капризов власть имущих? Вот и дом пушкинского друга, у которого поэт останавливался во время визитов в Москву, оказался лишним…
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.