Судьба - Дитя Неба (Симфония веков - 3)
Элизабет Хэйдон
Судьба
(Симфония веков - 3)
Пер. с англ. В. Гольдича, И. Оганесовой
Восстановить былую силу короны лиринов и объединить их в одно
королевство - вот задача, стоящая перед Рапсодией и ее друзьями.
Вторая задача, еще более сложная, - воссоздать империю намерьенов.
Но для этого нужно справиться с ф'дором, неуловимым демоном,
вселяющимся в чужие тела.
Книга посвящена второй половине моей души
Моему спутнику на все времена
Родителю моего ребенка, лучшему другу
воплощению заветных грез
Да и вообще любимому человеку
Чурбану бесчувственному
Который вычеркивает мои любимые куски диалогов
Стирает целые абзацы, над которыми я столько корпела
Считает "угу, так нормально" высшим комплиментом
И удерживает меня в рамках
Без кого всех этих книг никогда не было бы
Биллу
с любовью
на веки вечные
ПРОРОЧЕСТВО ТРЕХ
Трое придут, опоздав, и уйдут слишком скоро,
Они - как стадии жизни людской:
Дитя Крови, Дитя Земли, Дитя Неба.
Всяк на Крови замешен и рождается в ней;
Всяк по Земле ходит, ведь она - его дом;
Но вечно тянется к Небу и под ним пристанище себе обретает.
К Небу подъемлет нас смерть,
Частью звезд мы становимся.
Кровь дарит начало, Земля - пищу,
Небо - мечты при жизни и вечность в смерти.
Так пусть будут Трое, один для другого.
ПРОРОЧЕСТВО НЕЗВАНОГО ГОСТЯ
Средь последних, кто должен уйти, среди первых пришедших,
В поисках новых хозяев, незваные, в месте незнаемом.
Власть, что получена первыми,
Будет утеряна, если они последними станут.
Сами не ведая зла, будут лелеять его,
Словно приятнейший гость, улыбаясь невинно,
Втайне смертельные капли точит в винный бокал.
Так же и ревность, ведомая собственной силой,
Тот, кто влеком злою ревностью, будет бесплоден,
В тщетных попытках зачать милое сердцу дитя
Вечность пройдет.
ПРОРОЧЕСТВО СПЯЩЕГО ДИТЯ
Спящий ребенок - младшая дочь,
Вечно живущая в снах.
Смерть ее имя вписала
В книгу свою,
И никто не оплакал ее.
Средняя дочь дремлет в тиши,
Руки сложив на коленях.
Чувствует небо, слушает море,
Внемлет движенью песков
Ждет пробужденья.
Старшая дочь - не рожденная дочь,
Спит под землей
Во тьме вековой.
Время придет - и родится она,
Но с рожденьем ее - кончится время.
ПРОРОЧЕСТВО ПОСЛЕДНЕГО СТРАЖА
Внутри Круга Четверых Круг Троих восстанет.
От дуновенья рожденные, Дети бездомного Ветра;
Их назову: охотник, хранитель, целитель.
Сводит их вместе страх, любовь их соединяет,
Ищут они того, кто сокрылся от Ветра.
Слушай, последний страж, внимай слову судьбы:
Станет стражем охотник, предателем станет хранитель,
Руки свои обагрит кровью убитых целитель;
Все это ради того, кто сокрылся от Ветра.
О Последняя, вот ветра речь - слушай:
Ветер прошедшего - зов его грустен: "Домой!";
Ветер земного - в укромное место ее отнесет;
Ветер звезд - песню матери он ей споет;
Вместе сокроют они Дитя от бродяжного Ветра.
Мудрость молвит устами Дитяти:
Крепче всего бойтесь Ходящего-В-Снах;
Кровь - вот средство найти того,
Кто сокрылся до срока от беспощадного Ветра.
ПРОРОЧЕСТВО КОРОЛЯ СОЛДАТ
Кровь, соединяясь, дает начало новой жизни, но она же и льется беспрестанно; кровь слишком легко покидает тело, чтобы залечить разрыв.
Земля принадлежит всем, но люди ее делят, поколение за поколением.
Только Небо обнимает всех, и небо нельзя поделить; и это тот путь, что ведет к единенью и миру.
Если ты хочешь залечить разрыв, генерал, охраняй Небо, дабы оно не упало.
Но сначала, генерал, тебе нужно залечить разрыв в своей душе. Со смертью Гвиллиама ты стал королем солдат, но ты должен найти самого слабого из своих сородичей и защитить его, самого беззащитного из всех, иначе ты не достоин прощенья. И так будет, пока ты не получишь отпущения или умрешь, не удостоившись его.
ПРИЗЫВ КУЗЕНОВ
Клянусь Звездой, я буду ждать и наблюдать, я позову, и меня услышат.
ОРДЕН ФИЛИДОВ
ЛЛАУРОН, ГЛАВНЫЙ ЖРЕЦ
Старшие жрецы:
Каддир, наследник Ллаурона и целитель
Ларк, травница
Гэвин, главный лесник
Илиана, глава земледелия
Круг:
Священники и лесники низшего уровня
ПАТРИАРХАЛЬНАЯ РЕЛИГИЯ СЕПУЛЬВАРТЫ
СИЛИНИУС, ПАТРИАРХ
Благословенные:
Первосвященник Авондерр-Наварна, Филабет Грисволд
Первосвященник Сорболда, Найлэш Моуса
Первосвященник Бет-Корбэра, Ланакан Орландо
Первосвященник Кандерр-Ярима, Ян Стюард
Первосвященник Неприсоединившихся государств, Колин Абернати
Базилики, посвященные стихиям:
Эфир - Лиантаар, Сепульварта
Огонь - Вракна, Бетани
Вода - Аббат Митлинис, Авондерр
Воздух - Райлс Седелиан, Бет-Корбэр
Земля - Терреанфор, Сорболд
НА ГРАНИЦЕ КРЕВЕНСФИЛДСКОЙ РАВНИНЫ
Меридион знал, что времени осталось совсем мало.
Чудовище высотой в семь с половиной футов, в чешуйчатой кольчуге, закинуло голову, обнажило острые клыки и зарычало. Оглушительный рев, исполненный ярости, разорвал мрак, окутывавший похожие на зубы скалистые отроги, и умчался вниз; в каньон, находившийся в нескольких милях под ним, посыпались снег и мелкие камни.
Король фирболгов, Акмед Змей, переглянулся с Рапсодией и Кринсель, повитухой болгов, которая помогала Певице собрать все необходимое. Но уже в следующее мгновение он вернулся к своему занятию, спрятав за скрывающей его лицо вуалью улыбку - его развеселил ужас, промелькнувший в огромных зеленых глазах Певицы.
- Кажется, Грунтор сердится. Интересно, что его так расстроило? спросила она и протянула повитухе мешочек с кореньями; та понюхала, покачала головой, и Рапсодия отложила его в сторону.
- Наверное, недоволен квартирмейстером и его командой, - ответил Акмед как раз в тот момент, когда жуткий рев сменился потоком непристойных ругательств на болгише.
- Мне кажется, дело в том, что он не может пойти с нами. - Рапсодия с сочувствием поглядела на замерших от ужаса солдат и их командира, которые, ошалев от гневных воплей Грунтора, стояли по стойке "смирно", окутанные, словно серым плащом, предрассветным туманом.