Пророчество (Симфония веков - 2)

- Илиаченва'ар имеет какие-нибудь особые обязанности, кроме как освещать темные комнаты и разгонять неопознанное зло? 
Элендра звонко рассмеялась. 
- Вообще-то по традиции илиаченва'ар выступает в роли священного защитника. Иными словами, сопровождает и охраняет пилигримов, священнослужителей, мужчин и женщин, посвятивших себя Богу. Какому, не имеет значения. Ты должна оберегать каждого, кто в тебе нуждается, отправляясь на поиски Бога или того, кого он считает Богом. 
- Вы хотели сказать мне что-то еще - третье, - напомнила Рапсодия. 
Элендра перестала улыбаться и заговорила уже серьезно: 
- Звездный Горн сам выбирает того, кому он будет принадлежать. Он выбрал тебя, Рапсодия. Я не могу снова стать илиаченва'ар, даже если бы захотела, а я не хочу. 
- А почему вы перестали быть илиаченва'ар? Можете не отвечать, если не хотите. 
Элендра медленно встала с кресла и подошла к очагу; наклонившись, она помешала угли под котелком с дол моулом. Потом взяла с полки у очага помятый чайник, налила в него воды и повесила его рядом с котелком. Рапсодия видела, как напряглась ее спина, когда она повернулась и посмотрела ей в глаза. 
- Я еще никому этого не рассказывала, Рапсодия. Однако мне кажется, что ты должна знать. 
- Вы мне ничего не должны, Элендра, - выпалила Рапсодия и покраснела. - Извините, что влезла не в свое дело. 
- Никто никогда меня не спрашивал, главным образом потому, что они считают, будто я не в своем уме. - Элендра вернулась и тяжело опустилась в свое кресло. - На протяжении нескольких веков я пыталась убедить их, предупредить о зле, которое живет среди них и которое последовало за ними, когда они покинули Остров, но они отказывались меня слушать. 
- Намерьены? 
- Сначала намерьены, а потом лирины. 
Элендра снова встала и скрылась на кухне, но вскоре вернулась с двумя ножами и черной железной кастрюлей с картошкой и луком. Поставив ее на сосновый стол, она отправилась к ящикам, стоящим у двери, покопалась там несколько минут и достала вяленое мясо, несколько морковок и ячмень. Рапсодия подошла к столу, выдвинула стул, села рядом с Элендрой и взяла один из ножей. Она принялась ловкими уверенными движениями чистить картошку, а Элендра тем временем яростно кромсала лук, дав выход буре, которая бушевала у нее в душе. Когда она снова заговорила, голос ее звучал совершенно спокойно. 
- Видишь ли, Рапсодия, когда намерьены покинули Серендаир, я выступала в роли защитницы Первого флота, в чью задачу входило обосноваться в новых землях, обнаруженных Меритином. Он сообщил, что, кроме драконихи по имени Элинсинос, там никто не живет. 
Гвиллиам, последний сереннский король, решил, что армия покинет Остров последней и поплывет с Третьим флотом, поскольку в ней не должно возникнуть никакой необходимости на необитаемых землях. Ему не хотелось, чтобы у драконихи появилось ощущение, будто гости собираются ей угрожать или при помощи оружия захватить земли. Мы получили приглашение Элинсинос и потому прибыли сюда с миром - архитекторы, каменщики, плотники, врачи, ученые, целители и фермеры. На нашу долю выпало немало испытаний, мы потеряли Меритина и с ним многих других, пока добрались до места. Но нас ждали новые земли, которые приняли нас с распростертыми объятиями, и мы, покинув свои корабли, приступили к выполнению задачи, поставленной перед нами королем. Все было очень просто. В отличие от тех, кто прибыл после нас. - Элендра бросила лук и картошку, которую почистила и нарезала Рапсодия, в кастрюлю, затем принялась рубить мясо. 
- Через год на берег сошли представители Третьего флота, но прошло почти пятьдесят лет, прежде чем мы снова встретились. Это был настоящий праздник, трения между нами начали возникать гораздо позже. Однако в самый разгар ликования и шумной радости, когда все веселились по поводу объединения представителей двух флотов, мне вдруг стало не по себе. Я почувствовала едва различимый запах демона, виновного в начале Великой Войны, чудом не уничтожившей Остров несколькими веками раньше. Ты слышала о ф'дорах? 
- Да, немного, но все равно расскажите. 
- Ф'доры - одна из Первородных рас, как и драконы; они среди первых появились на земле, были связаны с темным огнем и несли в себе зло. Ф'доры, извращенные, похожие на духов существа, стремящиеся к разрушению и хаосу, умело манипулирующие другими людьми, тратили целые века на то, чтобы придумать способ расширить свои возможности и побороть слабости. Они ловкие лжецы, умеют взять частицы правды, смешать их с полуправдой и самым настоящим враньем и получить весьма убедительный результат, которому все верят. Поскольку они не обладают телами, они могут проникнуть в любого мужчину или женщину и стать с ними единым целым. 
Иногда такая связь бывает временной и не слишком жесткой: жертва выполняет какое-то действие, нужное ф'дору, и тот его оставляет и больше не беспокоит. Иногда они проникают в душу и владеют ею до самой смерти человека, в которого вселились. 
Но есть еще и самый худший вариант - когда ф'дор проникает в человека и полностью подчиняет его себе. Он живет в его теле, становясь сильнее по мере того, как растет и мужает человек, его принявший, накапливает могущество, а затем может перейти в другое тело, ему даже не страшно, если человек, в которого он вселился, умирает. Многие, включая и меня саму, не понимают, как это происходит. - Она замолчала, а потом тихо добавила: - Я много страдала от рук ф'доров, я и те, кого я любила. 
Так вот, когда мы встретились с представителями Третьего флота, я сразу поняла, что с ними прибыл ф'дор. Он проник в кого-то, кто приплыл сюда на одном из кораблей Третьей волны. Гвиллиам не смог нас защитить. Он пытался сделать все, чтобы зло не последовало за нами, - и не смог. Но мне никто не поверил. 
Рапсодию передернуло. 
- Наверное, это было ужасно. Что вы сделали? 
- Когда король и королева поженились и стали править объединенными намерьенскими землями, я рассказала Гвиллиаму и Энвин о своем открытии. Они отнеслись к моему предупреждению легкомысленно. Впрочем, все было спокойно, ничего особенно страшного не происходило, и надо мной стали потешаться: мол, я вижу опасность там, где ее нет.