Призрак страсти
Наконец он поднялся на ноги, на шее его еще блестели капли воды.
– Посмотрим, что за чудеса может сотворить этот источник, – сказал он, вновь набрасывая на плечи накидку. – Возможно, это вернет мое доброе мнение об этом Богом забытом месте! Позовем лошадей и поедем отсюда? Думаю, мы сделали все, что могли. Я видел ваши прекрасные укрепления, – он дружески улыбнулся, но она передернулась, почувствовав в его словах скрытый смысл. – Пойдемте, – продолжал он. – Мы увидели источник. Я хочу вернуться в Хей. С рассвета прошло уже несколько часов, а мне не нравится идея остаться здесь еще на одну ночь.
В Лондоне грозы не было. Над высоким куполом читального зала Британского музея небо было неестественно синим. Сэм Франклин потянулся и откинулся на спинку стула, задумчиво глядя вверх. Внезапно решившись, он принялся закрывать лежащие перед ним книги. Он закрыл тонкий блокнот и обернулся, чтобы положить его в карман пиджака, висящего на спинке стула. Потом встал. Улыбаясь, он подошел к центральной стойке и сдал стопку учебников.
Через толпу посетителей Сэм направился к выходу из музея, выскочил из вращающихся дверей и сбежал по широкой лестнице. Его обдало палящим зноем, он вошел в тень платанов на Грейт Рассел-стрит и быстро пошел на юго-восток, направляясь к Лонг-Эйкр.
Тим смотрел в видоискатель фотоаппарата на ярко освещенный помост в студии. Рядом с ним Джордж изменял положение пятен света, направленного на молодого человека, держащего за поводок большого изящного далматина.
Сэм стоял в дверях, наблюдая за происходящим через плечо ассистентки Тима, Каролины, которая сбежала по длинному лестничному пролету, чтобы открыть ему дверь. Его взгляд остановился на Тиме, и он нахмурился.
Молодой человек на помосте демонстративно потянулся.
– Мне скоро придется вести собаку на прогулку, Тим, старина. Ради Бога, поторопись.
Тим не обратил на него внимания. Он махнул Джорджу, чтобы тот отошел немного влево, и снова склонился над фотоаппаратом.
Сэм скользнул в кресло в дальнем углу студии и сидел, наблюдая. Через полчаса Тим удовлетворенно закончил съемку, и молодой человек с собакой отправились на улицу. Каролина шепнула что-то Тиму на ухо, и он обернулся, только сейчас заметив Сэма, так как тот сидел в тени.
– Извините, доктор Франклин, я не знал, что здесь кто-то есть.
Они настороженно изучали друг друга, в то время как Джордж и Каролина оттащили помост в темноту и не спеша начали убирать реквизит. Тим медленно двинулся к Сэму. Он внезапно почувствовал усталость.
– Чем могу помочь?
Сэм встал и с улыбкой протянул руку.
– Я хотел поговорить с вами о Джоанне. Вы были с ней в Уэльсе, как я понимаю.
Тим направился в сторону кухни. Он достал из холодильника две банки пива, одну из них протянул Сэму.
– Джо – мой старый друг и коллега, мистер Франклин. Я не обсуждаю своих друзей за их спинами.
На долю секунды на лице Сэма промелькнуло изумление, но к нему тотчас же вернулось любезное выражение.
– Все, что я хотел узнать, это все ли у нее в порядке. Может, вы знаете, что я помогал ей решить ее проблемы.
– Она мне говорила, – коротко ответил Тим.
– Ну и как она? – Сэм испытующе смотрел на собеседника.
Тим открыл банку с пивом и бросил кольцо в угол. Он отвернулся.
– С ней все было нормально.
– Она погружалась в прошлое, пока вы там были?
– За этим мы и поехали.
– Конечно. И сколько раз?
Тим подошел к стене и потянул рычаг, поднимающий жалюзи. Комната заполнилась светом.
– Два или три.
Сэм прищурился.
– Это расстроило ее?
– Ее расстраивает вся эта история, доктор Франклин. Тот факт, что она сначала не могла сама погружаться в прошлое под действием самогипноза, пугал ее. Теперь, когда это произошло, ее напугал такой опыт. Необходимость просыпаться и оставлять тот мир, чтобы вернуться в этот, тоже пугает ее.
– Итак, она была напугана. Но после этого у нее не было физических повреждений? Синяки? Порезы, боль, которые невозможно объяснить?
Тим на мгновение задумался.
– Нет.
– У вас есть ее фотографии, которые вы сделали?
Тим нахмурился.
– Я не знаю, стоит ли мне показывать их вам без ее разрешения.
– Я ее врач, приятель. Я отвечаю за ее случай.
– Ее случай? – Тим проницательно взглянул на него. – Я не подозревал, что у Джо какой-то особый случай.
– Тим? – за их спинами появился Джордж. – Мне проявить пленку? – Он с любопытством смотрел на Сэма, но тот не обращал на него внимания.
Тим нетерпеливо кивнул.
– Пусть Каролина тебе поможет. – Он подождал, пока его помощники возьмут фотоаппараты и покинут студию, потом снова повернулся к Сэму. – Она все еще в Уэльсе? – спросил он.
Сэм кивнул.
– Мой брат поехал к ней.
Волна почти физической боли захлестнула Тима, и он поспешил отвернуться, чтобы Сэм, пристально наблюдающий за ним, не заметил выражение его лица. У Тима возникло чувство, что этот человек может читать его мысли.
– Я принесу фотографии, – сказал он. Он быстро пересек студию и, открыв комод, достал папку. Положив ее на большой стол, он поправил лампу, висящую низко над столом, и подтолкнул папку к Сэму.
Сэм медленно открыл ее. Его лицо ничего не выражало, когда он одну за другой доставал фотографии. Изображения пейзажей, замков, гор он едва просматривал. Его внимание было приковано только к Джо.
Тим с несчастным видом отошел. Он бросил пустую банку в корзину для мусора и пошел на кухню за следующей. Его гость почти не притронулся к пиву. Кухня вдруг показалась ему унылой и пустой; белая мебель мерцала в ярком свете в наполненной солнцем студии, вызывая ощущение нереальности. Казалось, что ты в морге.
Он стоял в дверях и быстро пил свое пиво, наблюдая за лицом Сэма, залитым светом. Как Рембрандт, который пишет картину, подумал он внезапно. Как один из врачей, склонившихся над трупом. Он вздрогнул, ужаснувшись пришедшей аналогии.
– Она сказала, что из-за этого чувствует себя обнаженной, – сказал он, присоединяясь к Сэму за столом. – Когда я ее так фотографирую.
Сэм не поднимал глаз.
– Безусловно, ее выражение лица многое проясняет, – сдержанно произнес он. – Фотографии так много могут рассказать о человеке, – он помолчал. – И о фотографе. – Он взглянул на Тима, и тот вдруг резко попятился, пораженный откровенной неприязнью, даже ненавистью, отразившейся в глазах собеседника.