Владимир Мономах

Теснимые со всех сторон противником, смятые, отколотые друг от друга, смущенные неожиданно для них подошедшей к Мстиславу подмогой, воины Олега дрогнули и побежали.
Мстислав приказал бегущих не преследовать, чтобы не дробить свое войско по тяжелым весенним лесам, и брать в плен лишь старших Олеговых дружинников и бояр, отбирая у них оружие.
Олег бежал в Муром, но не усидел там, оставил в городе брата Ярослава и ушел в Рязань. Войско Мстислава обступило Муром. Ярослав не сопротивлялся, он отдал Мстиславу всех плененных ростовцев и суздальцев, дал роту, что не поднимет больше оружия в братоубийственной войне.
Затем Мстислав приказал вынуть из раки тело Изяслава и отправил его похоронить к себе в Новгород.
Переждав несколько дней в Муроме и дав отдохпуть своему войску, Мстислав не торопясь пошел за Олегом вдоль берега Оки на Рязань, но и там он по застал Олега, потому что тот бежал в поле и скрывается певесть где. 'Только сведущие рязанские люди знали, где обретается Олег; с ними и со своим гонцом послал Мстислав новую грамоту крестному отцу; «Не бегай никуда, но пошли к братье своей с мольбою не лишать тебя Русской земли. И я пошлю к отцу просить за тебя».
Мстислав все еще надеялся, что его любимый стрый опомнится, одумается, примирится с Мономахом, включится в общую русскую княжескую жизнь,
Посланные нашли Олега в далекой лесной заимке иа краю дикого поля. Он сидел в лесной истобке с несколькими верными дружинниками. В истобке топилась простая смердья печь. Олег зябко кутался в овчинную шубу, слушал, что говорили ему посланные. Мстислав не пограбил ни Мурома, пи Рязанп, Олегову княгиню и его детей содержал в Рязани Б чести и довольстве, людей не пленил, городков и сел вокруг Мурома и Рязани не пожег и не пограбил. Это было для Олега ново и удивительно. Неужели Мстислав простил ему п смерть брата, и пожог Суздаля, и разгром ростовской земли, и недавнюю яростную битву. Было видно, что простил.
Олег поднялся, сбросил с плеч овчину, лзял крест и поцеловал его Б знак примирения и согласия на все условия Мстислава. Отказаться от мира означало бы, что ему надо было опять скитаться, бороться, собирать людей, воевать, жечь и убивать, а ему шел уже пятый десяток, и дети его становились взрослыми, и голова седела все больше после каждого взятого города и каждого сражения.