Без кислорода (СИ)

- Скоро взлетаешь? – не здороваясь, спрашивает Семен.
- Через пару минут. Как обстановка?
- Об этом и звоню сказать, - почему мне не нравится его угрюмый тон?
- Что случилось? – прерываю его в нетерпении.
- Не могу найти Леру.
- Повтори?!
- После работы она не вернулась домой, а у меня не было возможности проследить за ней, т.к. встречал врачей из аэропорта и занимался их размещением в отеле. Завтра утром операция, если ты помнишь.
- Когда я говорил присматривать за ней, это значит, что ни на что другое ты не должен был отвлекаться! Найди ее сейчас же!
- Этим и занимаюсь. Как только найду, наберу тебя, - он не отключается. Оглушающая тишина повисла в трубке.
- Демид вернулся в Москву? – спустя мучительно долгую минуту тихо спрашиваю, ведь именно этого вопроса Семен и ждал, но не решался сказать.
Это единственное имя, что пришло в голову, когда дело коснулось исчезновения Леры. Я понимаю, что это глупо и она ни при каких обстоятельствах не может быть вместе с ним: он улетел еще в выходные, а сегодня вторник. Но чувство беспокойства не дает мне покоя.
- Подписанные договора он оставил в офисе еще в субботу. Только что я звонил в отель, где он остановился. Марк, он не улетел в Москву, он до сих пор находится здесь.
- Ты звонил ему?
- Да. Он не берет трубку.
- Лере?
- Ее телефон отключен, - ответы Семена, как приговоры, которые нещадно бьют будто под дых.
- Я буду на связи, - сбрасываю вызов и со всей силы сжимаю телефон в руке.
Ищу в справочнике номер Леры и набираю ее. Как и говорил Семен, абонент недоступен. Голос капитана информирует, что мы взлетаем через несколько мину, и просит пристегнуть ремни. На автомате выполняю указание.
Закрыв глаза и откинув голову на спинку, пытаюсь восстановить дыхание. Спокойно. Это всего лишь совпадение, Семен найдет ее. Она просто засиделась в гостях у какой-нибудь подружки или у своего друга-гея и совсем забыла о времени. А Демид развлекается с очередной девкой, которую недавно подцепил, и решил полететь позже, после того, как нагуляется с ней. Я предупреждал его держаться подальше от Леры. Я уверен ему дорога жизнь, поэтому он послушал меня.
От мыслей меня отрывает стюардесса, подошедшая ко мне с подносом, на котором стоит стакан и бутылка воды.
- Принесите что-нибудь покрепче, - прошу ее и взглядом сверлю экран телефона в ожидании звонка Семена. Самые страшные опасения о том, что Лера может быть вместе с Демидом, еще не подтверждены, и я должен быть спокоен. Но не могу. Тревога и ожидание звонка грызут меня изнутри.
Примерно через час, когда я опустошил почти всю бутылку виски, Семен, наконец, позвонил:
- Марк, я только подъехал к отелю и… - мешкается друг.
- Что и!? – кричу в трубку, нервно сжимая ее.
- Пару минут назад я видел, как они вошли вместе в отель, где он снимает номер. Мне забрать ее?
- Ты, бл*дь, издеваешься?! Конечно же забрать!! Прямо сейчас!
- Хорошо, - отрезает Семен и уже готов бросить трубку, как я кричу:
- Стоять! Не смей трогать ее! Просто следи за ними и жди меня!
- Марк, не думаю, что это хорошая идея, - пытается переубедить друг, но мне плевать на его мнение.
- Я хочу видеть это своими глазами! Ты меня слышишь – не трогай ее! Просто не высовывайся и жди меня там! Если они покинут отель, следи за их передвижениями и держи меня в курсе! Меньше чем через три часа я прилечу.
- Хорошо, Марк, как скажешь, - он прерывает связь и, услышав гудки, замахиваюсь рукой, намереваясь разбить аппарат об пол. Но, переведя дыхание, останавливаюсь. Телефон мне нужен, я должен быть на связи с Семеном.
Убираю его в карман и встаю с кресла. Этого не может быть! Черт возьми, но факты говорят совсем об обратном!
Лера и Демид вместе в отеле.
Пока мы были в Москве, он ждал ее.
И теперь он с ней, а я здесь, в этом гребанном самолете, и у меня нет возможности заставить его лететь быстрее! Я отказываюсь верить в то, что она нагло лгала мне, и, пока не увижу все своими глазами, не успокоюсь. И если это правда, клянусь Богом, я уничтожу их обоих!
Широкими шагами меряю проход между креслами. Все тело прошибает горячий пот, руки ледяные. Сжимаю кулаки и осматриваю салон по сторонам, пытаясь отыскать хоть что-то, но что - не знаю сам. Внимание привлекает пустая бутылка на столе, и я понимаю, что во рту пересохло. Делаю несколько шагов в сторону ширмы, за которой должна быть стюардесса. В этот момент самолет кренится, и меня отбрасывает в сторону. Из-за ширмы появляется девушка и испуганными глазами смотрит на меня:
- Марк Антонович, просьба сесть на место и пристегнуться.
- Принеси еще бутылку виски, - держусь за спинку кресла пытаясь удержать равновесие и жду, когда самолет вернется в исходное положение, чтобы я смог встать на ноги. Стюардесса осторожно меня осматривает, словно пытается оценить, можно ли мне еще пить:
- Принесу, но чуть позже.
- Я сказал, бл*дь, принеси мне виски прямо сейчас! Иначе я все разнесу здесь нахрен, пока не найду его сам! – кричу на нее и делаю шаг в ее сторону.
- Хорошо-хорошо, Марк Антонович, - выставляет ладони вперед, останавливая меня, - я принесу, только успокойтесь и сядьте на место. Мы попали в воздушную яму, поэтому нужно оставаться на месте и пристегнуться, - она следит за мной до тех пор, пока я не разворачиваюсь и не сажусь в кресло, и, как только пристегиваю ремень, она исчезает за ширмой.
Приоткрываю рот в попытке набрать полные легкие воздуха, но его чертовски мало. Судорожно вдыхаю мелкими, рваными глотками кислород. Ладонью растираю грудь и, сильно сжав ворот футболки, оттягиваю его - он душит меня.
Бл*дь, почему ком в груди размером с огромный камень с каждой секундой становится все тяжелее и больше, грозя разорвать грудную клетку изнутри? Твою мать! Почему. Так. Больно?!
Глава 27.
Лера.
От Демида я узнала многое о семье Власовых. Оказывается, бизнес братьям достался от отца, который своими же руками и построил его с нуля. Власов Антон Андреевич любую свободную минуту посвящал своей работе, и именно его заслуга в том, что компания достигла таких размеров и процветает до сих пор. Сыновьям и жене он уделял слишком мало времени. Четыре года назад его не стало. Осталась только мать, Софья Николаевна, которая все свое время тратит на благотворительность.
- Поэтому с самого детства между мной и Марком была негласная борьба за внимание отца, - вытянув ноги вперед, и облокотившись на лодони, продолжил парень, - но, в конце концов, я бросил эту затею, затаив обиду на отца. Я не понимал, почему должен ждать от него слов похвалы или нескольких выходных, чтобы провести время вместе, если я его сын и мне это и так полагается в достатке? Но раз отцу было плевать на меня и на первом месте был бизнес, то и я не собирался тратить на него время.
- Предположу, что из-за отсутствия отца в твоей жизни ты стал капризным ребенком и делал все на зло? – внимательно выслушав, уточняю.
- Не то слово. От обиды я творил ужасные вещи. Забросил учебу, уже повзрослев, бросился во все тяжкие: пропадал с друзьями сутками, уходил в запои, транжирил деньги.
- И это помогло завладеть вниманием отца? – по мне так слишком глупое поведение - решаю про себя.
- Не особо. Отец отчитывал меня, но это было бесполезно. Я был зол на него. За меня беспокоилась только мать. Мне, если честно стыдно, за все глупости, что я вытворял. Это я только сейчас понимаю, когда отца уже нет, что все это была напрасная трата времени. Мне следовало больше времени проводить с ним, а я только доставлял проблем семье.
- А Марк? – я не могу не поинтересоваться и старшим братом. - Точно такую же тактику выбрал по отношению к отцу?
- Марк же наоборот, уважал отца и все его решения, во всем поддерживал. После института пошел на практику к отцу и с тех пор остался в компании. На сегодняшний день он генеральный директор компании.