Нечисть (ЛП)

Ярпилл насмешливо усмехнулась.
– Будет лучше, если мы найдем способ избежать обеих этих крайностей.
– Ваши верные слуги в Грифоньем Легионе, – произнесла Дмитра, – делают все возможное, чтобы замедлить продвижение сил Сзасса Тэма. К сожалению, некоторые другие отряды бездельничают, в то время как им следовало бы торопливо готовиться к сражениям. Иногда они просто боятся выбирать сторону в войне между зулкирами, но иногда – собираются сражаться за лича. У нас возникли подобные проблемы и с простолюдинами, и с благородными, – продолжила она. – Многие не хотят ничем жертвовать и прилагать хоть какие-то усилия для того, чтобы нас поддержать, а кто-то попросту ждет подходящей возможности, чтобы начать шпионить против нас и саботировать наши действия.
– Мы уже в курсе, что Сзасс Тэм проделал впечатляющую работу, чтобы завоевать народную любовь, – проворчал Неврон. – Ты знаешь какой-нибудь способ восстановить наши позиции?
– Надеюсь, что да, Ваше Всемогущество, – ответила Нимия. – Вам шестерым стоит отказаться от кажущейся безопасности замковых стен и начать напрямую общаться с подчиненными: капитанами, лордами и всеми остальными.
Неврон ожег её свирепым взглядом.
– То есть нам, по-твоему, следует умолять их о помощи?
– Нет, конечно же. Вы их повелители – так было и так будет. Проблема в том, что Сзасс Тэм – тоже. Вы должны стать в их мыслях столь же величественными и значимыми фигурами, как и лич. Используйте его тактику – отдавайте им приказы, как обычно, но делайте это сами. Не рассчитывайте, что они будут повиноваться вашим заместителям с тем же усердием и рвением, что и вам самим.
Самас Кул фыркнул.
– Я не в той физической форме, чтобы бешено носиться туда-сюда по стране.
– Тогда вам, возможно, стоит подумать о том, чтобы превратиться в кого-нибудь постройнее, – ответила Ярпилл. – В этом и заключается суть преобразования – как мне, по крайней мере, говорили.
– По правде говоря, Ваше Всемогущество, – произнесла Дмитра, – я не думаю, что именно вам придется много путешествовать. Над Безантуром нависла угроза вторжения, его тарчион и командующий войсками убиты, а Хозяева Теней все ещё ищут способы помешать попыткам организовать сопротивление. Нет в государстве места, где бы больше требовалась огромная организаторская работа. Вы – зулкир, который там живет, глава гильдии, которой город обязан своему процветанию. Вы, и никто другой, сможете привести дела в порядок, если не будете прятаться за крепостными стенами. 
– У стен есть свои преимущества, – произнес Лазорил в своей обычной притворно-прохладной манере. – Сзасс Тэм или его доверенные лица уже убили двоих зулкиров. Теперь вы предлагаете оставшимся без нужды подвергать себя опасности.
– Верно, – произнесла Мутреллан. Её кожа, украшенная узорами из коричневых и желтоватых алмазов, напоминала змеиную чешую. – У нас есть причины опасаться предателей даже в рядах своих собственных орденов. Но, полагаю, мне не нужно объяснять вам это.
– Я так понимаю, – произнесла Дмитра, – вы намекаете на то, что я, будучи иллюзионистом, долгое время была больше лояльна Сзассу Тэму, а не вам, ваше сиятельство. Ну, что я могу сказать, кроме того, что помню время, когда вы и сами были рады видеть его своим союзником.
Ярпилл издала смешок.
– Как и Лаллара, Самас и я, так что давайте не будем углубляться в разбор старых просчетов и сосредоточимся на текущих делах. Я думаю, что Дмитра Фласс права. Как бы мы ни заботились о собственной безопасности, мы должны удержать южные тарчи в своих руках, пока это ещё в наших силах.
– Рада это слышать, – произнесла Дмитра, – ведь у меня есть и другие рекомендации.
Самас Кул фыркнул.
– Ну, что там ещё?
– Вы все привыкли к тому, что Сзасс Тэм действует через своих агентов или подчиненных. Так поступаете и вы сами, и все остальные лорды в стране. Но я знаю его и готова поклясться, что, когда настанет время финальной схватки, он самолично вступит в бой. Ясное дело, его волшебство само по себе уже гарантирует ему победу – если, конечно, на нашей собственной стороне тоже не будут сражаться архимаги.
Зулкиры обменялись взглядами. Дмитра с легкостью могла прочесть их мысли. Никто из них не хотел рисковать своей шкурой, ведь на поле боя может пасть даже самый грозный заклинатель, если Леди Удача повернётся к нему спиной. На это и существуют подчиненные. Но главным образом их пугала перспектива вступить в магическую схватку с Сзассом Тэмом. Признавали они это вслух или нет, все зулкиры прекрасно знали, что лич был сильнее каждого из них.
Пауза затянулась, пока Лаллара внезапно не ударила кулаком по столу.
– Будь мы прокляты за трусость! Нас шестеро против одного, разве не так?
Ярпилл улыбнулась.
– Верно, поэтому я думаю, что, если у нас есть хоть капля разума, то мы должны либо принять бой и сражаться, используя все доступные нам ресурсы, либо бежать из страны. К последнему лично я склонности не чувствую. Я только недавно заново обставила мебелью южное крыло своего дворца.
– Хорошо, – выплюнул Самас Кул. – Я позабочусь о Безантуре и всем остальном. Как же горько судьба надо мной подшутила – только мне удалось подняться до ранга зулкира, как все вокруг начало превращаться в дерьмо.
Увидев, что все они согласны, Дмитра с облегчением выдохнула. Её повелители не заботились ни о чем, кроме своих собственных интересов, и это значит, что их хрупкий альянс может рухнуть в любой момент, но по крайней мере сейчас они следуют туда, куда она их ведет.
По прошествии времени дождь стал слабее, превратившись в мелкую морось. Барерис полагал, что это хорошо. Потоки воды не смоют краску с его лица и лиц его напарников.
К сожалению, его одежда успела полностью пропитаться влагой. Хотя ливень и прекратился, бард все равно никак не мог согреться и чувствовал себя вымотанным до предела. Дни и ночи, полные полетов и сражений, и почти полное отсутствие сна брали свою плату. Бард под нос запел укрепляющее заклинание, и по его мышцам пронесся заряд жизненной силы, а нервы натянулись, как струна.
К северу от вражеского лагеря ночь прорезала ослепительная вспышка – там Аот верхом на Яркокрылой устремился вниз, творя огненную магию. Повозки с припасами промокли так же сильно, как и все остальное, и боевой маг не был уверен, что мощи его заклинания хватит, чтобы они занялись огнем, но колеблющийся желтый свет становился все сильнее – значит, ему это все же удалось. Послышалось лошадиное ржание и крики людей. 
Если удача окажется на их стороне, пламя отвлечет всех врагов, даже стражей. Одетые в форму врага Барерис, Маларк и десять их товарищей, кожа которых была покрыта коричневыми пятнами, а глаза окутывало свечение, выскочили из укрытий и бросились к окраине лагеря.
Никто не заметил их появления. Только зомби, ожидавшие команд некромантов, бесцельно бродили внутри лагеря, подволакивая ноги. По крайней мере, именно так это и должно было выглядеть в глазах северян.
Несколько вражеских воинов стояли, болтая и бестолково тараща глаза в направлении пожара. Барерис и его товарищи обогнули их кругом, чтобы атаковать сзади. Обнажив меч, бард вонзил его в спину одного из воинов. Маларк легким ударом ребра ладони сломал другому шею.
Наконец кто-то их заметил и заорал, поднимая тревогу. Северяне стремительно бросились к своим мечам и щитам. Барерис и его союзники успели убить ещё нескольких солдат, прежде чем поняли, что пришло время для отступления. Их маскировка не обманет дотошного наблюдателя, и у них не было ни шанса справиться со всеми врагами, что находились поблизости. Расчистив дорогу обратно, они побежали туда, где их дожидались грифоны и летающая лошадь Маларка, готовые доставить их в безопасное место.
Потеря припасов немного помешает армии. Смущение и тревога при мыслях о том, что некоторые из их собственных слуг-нежити повернули против своих хозяев, могут привести воинов в ещё большее замешательство. Всё годилось для того, чтобы замедлить продвижение врагов хотя бы на несколько лишних мгновений.