Верблюжий горб

Людмила Стефановна Петрушевская 
Верблюжий горб 
Жил-был верблюд танцующий. 
Все верблюды шли в караване или лежали на отдыхе, а он танцевал и по дороге, и лежа на привале - перебирал ногами. Танцуя на ходу, он бил посуду, ронял мешки, а танцуя лежа, он задевал ногами других верблюдов и скоро стал совершенно непереносим. Его выгнали. 
Шел, шел верблюд, видит, на дороге лежит верблюжий горб и говорит: возьми меня. 
- Зачем ты мне, воскликнул верблюд, танцуя, - у меня и своих два горба висят, я и сам бездомный, зачем мне еще груз. 
- Как хочешь, - заметил горб и остался лежать на дороге, а горб этот действительно был никому не нужен. Так он и стал лежать, делать ему было нечего, а наш верблюд пошел дальше и видит: цирк. 
- Можно к вам? - спросил верблюд. 
- Что вы умеете? - спросил директор цирка. 
- Танцую, - сказал верблюд, действительно танцуя. 
- Я и сам вижу, что вы танцуете. А вот что вы умеете? Вы умеете летать под куполом или ходить по канату? 
- Нет, - сказал верблюд, машинально танцуя. 
- А танцевать каждый умеет, я тоже танцую, - сказал директор. 
- Разрешите пригласить?- спросил верблюд, и они вдвоем с директором пошли откалывать танго. 
После танца верблюд отвел директора на место, откланялся и ушел восвояси. 
Идя обратно, он опять увидел верблюжий горб, верблюжий горб тихо плакал. 
- Что ты плачешь, маленький? - спросил верблюд. 
- Лежу и не могу сдвинуться с места, - ответил горб. 
- Ну поехали, - сказал верблюд, взвалил на себя еще один горб и повез горб кататься. 
Шел он очень осторожно, все свои танцы оставил, чтобы только горб не свалился. 
- Трехгорбый, трехгорбый! - закричали мальчишки в городе. 
- Чудо, чудо из чудес! Верблюд о трех горбах! Ловите его! - закричали все и стали ловить верблюда. 
А верблюд теперь быстро бегать не мог, его поймали и продали в цирк. Там каждый вечер его выводили, и он стоял как истукан, а музыка так чудесно играла, но верблюд не делал ни шагу, боялся уронить горб. 
Он боялся этого, во-первых, потому, что боялся, что вся жизнь его пойдет насмарку. 
Во-вторых, он боялся, что не нужный никому горб снова окажется на дороге и будет лежать и плакать. 
В-третьих, он боялся, что вообще разучился танцевать. 
В-четвертых, он боялся, что вообще его танцы никогда никому не были нужны. 
По этим и еще по многим другим причинам верблюд больше и не заикался о танцах. 
Но третий горб все помнил и говорил время от времени, что "лучше моего верблюда никто и никогда не танцевал".