Том 2. Стихотворения 1917-1920
Часть 60 из 82 Информация о книге
Оценка *
На предложение, сделанное русскими эмигрантами – дать швейцарским банкам в обеспечение свои имения и дома в России, представитель швейцарских интересов заявил: 1) что предложенный залог – миф, никаких гарантий не дающий, 2) что русские должны обеспечить заем реальными гарантиями, как то: драгоценностями, имениями где либо за границей или в Польше.
Персоной будучи в кругах известных видной,Потомственный буржуй с осанкою солидной(При случае его я назову)Зашел в Париже в банк и сразу: «Вуле-ву?На редкость выгодная сделка.Мне банк даст золота, я банку – векселяПод обеспеченье!..»«Какое?»«Есть земля…Вполне исправное громадное именье,При нем завод – мое почтенье!Железный путь совсем вблизи,Большая пристань тут же рядом…»Какой же банк таким побрезгует закладом?В минуту дело на мази.Но… вмиг всю сделку погубилоСловцо, всего одно словцо.Директор банковский, смеявшийся так мило,Вдруг скорчил кислое лицо:«А как – пардон, мусью! – как велика оценкаИменья вашего?»«Мильон».«Мерси, мерси!..А где ж, мусью, оно?»«Где? – побелев, как стенка,Забормотал буржуй. – В России!.. Ан Рюсси!..»«Ах, ан Рюсси!» – вздохнул в ответ директор банкаИ дал российскому мусью… на чай полфранка!Крымское воронье *
Красноармейская песенкаБили, бьют со всех сторон.Трудно удержаться.Черный Врангель, герр барон,Пробует сражаться.Был Деникин, был Колчак,Не было барона.Экий, гляньте-ка, смельчак!Мокрая ворона!Через крымский ПерекопДура-птица скачетИ глазами хлоп да хлоп:Ошалела, значит.Вслед за нею вороньеКаркает протяжно.Дело что-то не так,Не ахти как важно.Охватил всю стаю страх.Повернуть обратно?Пушки – трах-тарах-тарах!Вот как жарят знатно.Жарко так, хоть со скалы –Черной стае в воду,Это красные орлыНе дают ей ходу!«Черный Врангель – смерть ему!»«Разряжай патроны.Не осталось чтоб в КрымуНи одной вороны!»Климов конь *
Вот случай был! Средь бела дняУ Клима свистнули коня.Не важно – кто, какие воры,А важно то, что Клим деревней, по задам,Не тратя времени на сборы,Пустился в путь по воровским следам.Как разъяренный зверь по всей округе рыща,Усталый, бледный, словно тень,Добрел мужик на третий деньДо воровского становища.В селе Парижкине подлец-богач КорнейЖил скупкой краденых коней –Тем, говорят, живет и ноне.Так мудрено ль, что у него в загоне,В заборе провертев глазок,Клим своего коня приметил.Загон весь обойдя один, другой разок,Клим дело живо сметил:В заборе сделавши пролом,Увел конька домой. Казалось бы, по праву?Ан, нет. Корней потом пред всем своим селомШумел вовсю, пустив про Клима славу:Клим, дескать, вор!Клим у него сломал забор,Клим у него коня угнал-де из загона.Так что ж Клим думает, что это так сойдет?Что вещь подобная терпима?Что он, Корней, на КлимаУправы не найдет?«Ну, нет, уж это дудки]Да я его!.. Да я ему!Под суд мошенника, в тюрьму!В Сибирь за этакие шутки!Уж это, верьте мне, ни Клим, ни кто иной,Кому коня он сбудет,Владеть конем не будет.Конь мой! И за него расчет у всех – со мной!»Так чем же кончилось все дело?А тем, что на своем конеКлим всюду ездит смело,Корней же у себя сидит, как на огне,С загона не спускает глазу,Всех краденых коней боясь лишиться сразу.Ждать можно этого вполне:Немало бедняков, лишившихся лошадок,Хотят свое добро обратно получитьИ навек скупщиков с ворами отучитьОт воровских повадок!* * *Слыхали вы сердитый гулПарижских скупщиков: «Смотрите! Караул!Большевики злодеи, воры,Они на царские чихают договоры!То золото, что нам хотели дать цари,Украли эти дикари!»Две трети золота, положим, гады эти,Французские дельцы, свезли от Колчака:Но тянется теперь их жадная рукаК последней трети.Ну что ж! Большевиков кляня,Пусть эта сволота ярится. Леший с нею!Ей нашего добра не видеть, как КорнеюНе видеть Климова коня.