Том 1. Стихотворения 1908-1917
Часть 18 из 102 Информация о книге
«Убийца» *
«Ох, батюшки! Уж я ль воров не берегусь?А что терплю от них! Ведь тут уж не до шуток:То в курах был урон, потом дошло до уток,А нынче скраден – гусь!»Хотя валялися и потроха и перьяВокруг собачьей конуры,Хозяин все же до порыК собакам не терял доверья.Но раз их стал корить, что даром хлеб едят:Добра хозяйского ни малость не глядят.Собакам тот укор сказался подозреньем.Уж не донес ли кто тайком?А как щенок один давно был под сомненьем,То псы расправились немедля со щенкомИ с неостывшим рвеньемНад трупом подняли они же слезный вой.Допреж того был туг хозяин головой,А тут еще, такой увидевши разбой,Он речью подлой и лукавойПса старого был с толку сбит совсем.Пес выл: «Да будет вам, друзья, известно всем,Что сей щенок сражен не камнем, не отравой:От вражеских зубов за нас пал он со славой!Он – мученик… Герой… Он – жертва злых страстей!..Псы верные, клянусь у дорогих костей,По виду ран сужу… Тут пахнет чертовщиной!И будь хозяин наш не бабой, а мужчиной,Он смог бы показать пример,Как строго должен быть наказан зверь-убийца,Злодей и кровопийца,Проклятый изувер!»Хозяин речью был растроган и взволнован.Собаки ж до того, казалось, были злы,Что вмиг «убийца» был разыскан, арестован,Приведен и закованВ двойные кандалы.Не знаю точно, как арест был обоснован,Но старый лютый пес, забившись в конуру,Смеялся там до слез, до судорожных колик:«Ав-ав, смехотушка!.. Ав-ав-ав-ав, помру!..»Как не смеяться?! Я не вру:Был в кандалы закован… кролик!* * *Не знаю, говорить иль нетО «следствии» скандальном?Лихие псы взвели на кролика наветВ убийстве «ритуальном».Хоть ясно, чем грозит подобная беда,И хоть на правый суд надежды очень мало,Но – всякое бывало! –Над правдою в судах глумились не всегда.Так подождем суда.«Вещунья» *
Приятель мой ворчит: «Ох, до каких же пор?!Скажи: над „Правдою“ опять повис топор?Был обыск? Выемки лихие?»«Вранье!.. Да кто тебе сказал?»Приятель мне «Россию» показал:«Ро-с-си-я»!!Ну, жди теперь добра!Ведь тут не просто врет неопытная сводня, –Чернила капали с «казенного» пера:Про обыск писано вчера,Так надо ждать его сегодня!Лето *
Над высохшим ИнгуломС ружьем в руках бреду,Поля рабочим гуломПолны: косьба в ходу.Блестят на солнце косы,Стучат о сталь бруски,Широкие покосыЛожатся до реки.Мелькают часто грабли,Вязальщицы в поту.«Что, милые, ослабли?Жара невмоготу».«Ништо!.. Вот ты бы, право,Прошел с косой хоть раз!»И смотрит так лукавоИ щурит черный глаз!«Что ж думаешь, воструха?Аль не видал я ржи?!Дай косу мне, Петруха,А сам за мной вяжи».Рукам от поту склизко.Мой первый взмах – высок.Пустил я косу низко:Коса вошла в песок!«Умора!.. Фу ты, ну ты!» –Смеются косари.На пальцах в три минутыНатер я волдыри.Но боль сношу геройски, –Уж как ни есть – кошу.С крестьянами по-свойскиПод вечер – к шалашу.Вкусна простая кашаИз общего котла.Бесхитростная нашаБеседа весела.«Так завтра к вам опять я!Прощайте, земляки!»И любы мне пожатьяМозолистой руки.Полкан *
Заграй Полкана поносилЧто было сил:«У, дьявол старый!.. Лежебока!..Хозяйский прихвостень!.. Наушник!.. Егоза!Бесстыжие твои глаза!..Подох бы ты до срока!»«Аль ты совсем оглох, Полкан:Сидишь – молчишь, как истукан.Что ж не проучишь ты буяна?»Приятель так – Султан –Спросил Полкана:«Ужель ты хочешь допустить,Чтоб стал Заграй тебя честитьПред целым нашим вечем?!Грызни как след его!!»«Ох, брат, –Вздохнул Полкан, – грызнуть я рад,Да нечем!»* * *Кадет, кадет!Ну, что бы взять пример с Полкана,Чтоб не было обмана:Молчать бы, коль зубов уж нет!