Курсантки
Бывшая пятая дружно потупила глаза, но ни гу-гу. Все поныли, пообалдевали и успокоились. Ничего же не изменить. В университет мы все теперь ходили в гражданке. Четвёртый курс, разрешили. Естественно ликовали. Накупили нарядов. Форсили. Так прелестно чувствовать себя женщиной. А то перспектива наряжаться в старости нас как-то малость пришибла. Это как-то мы на втором курсе отправились в гражданке на занятия в университет, собираясь потом посидеть в кафе, Елене было день варенья, и нарвались на курсового. Он задвинув нас к стене принялся объяснять, что значит форма для военного и про наряды в армии придётся забыть.
— Когда же нам наряжаться? — не выдержала Марина.
— Когда на пенсию уйдёте, — отрезал курсовой.
Ни фига себе перспективу он нарисовал. До той пенсии надо дожить ещё, не то, что наряжаться. Однако мы торопиться не будем. Нам это ни к чему. Но вернёмся к нашей Елене. Сессию она сдала, а на каникулах родился мальчик. Позже она захватила из учебного процесса две недели и, оставив ребёнка на двух бабушек, вернулась к занятиям. Ничего страшного, сейчас все почти искусственники, — подбадривали мы её. Иногда, с разрешения Лены, наша пятая сговорившись каталась к ним посмотреть на малыша и порадовать его подарками. Целуя и тиская ребёнка, сочились необыкновенным светом, но на свой повтор пока не решались. Потом была практика. Нас раскидали. Двух направили к разведчикам, а трёх в отдел внешних связей. Девчонки, как и во всём остальном не ударили в грязь лицом. Практика прошла в лучшем виде. Все получили благодарности.
Видеть понурую Вику не было никаких сил. Идея выросла на ровном месте. Я сказала Вике, что у Саши завтра день рождение и вложила в её руку ключ. — Родители на отдыхе. Действуй. — Подруга чмокнула меня в щёку и убежала. Я представила, что там завтра утром будет и улыбнулась.
У неё появился шанс, и она не собиралась его упускать. Разволновавшись Вика какое-то время не могла прийти в себя. Потом вспомнила о подарке. Перебрав из того немногого, что можно подарить мужчине, не стала мудрить и купила галстук. Не слишком оригинально, но зато практично. Рано утром, открыв Ириным ключом дверь, осторожно зашла в квартиру. Заглянула в комнату Саши, он спал. Она прошла в Иришин уголок, разделась, приняла душ и, нацепив на голое тело подарок, а конкретно на талию, шагнула к Саше. Александр спросонья не мог врубиться, где он и сон это или уже явь. Проморгавшись, он оценил подарок и, забыв про все свои благие намерения, потащил её в постель…
— Викусь, ты поломала все мои планы. Я хотел жениться на тебе, — заявил этот обормот ей под душем.
Но Вика нахмурив брови и готовая вспыхнуть… раздумала на сей раз психовать и бегать, а как и советовала Ира — взяла быка за рога.
— Женись, кто против… — чмокнула в мокрое накаченное плечо она.
39
Пятый курс, это вообще сплошные нервы. Практика, диплом, госэкзамены. Столько бессонных ночей и вот всё позади. Тот долгожданный день настал. Выстроенные коробками курсы застыли на плацу. Все красивые, нарядные, много гостей и цветов. На наших плечах шитые золотом лейтенантские погоны. Малой Елены ходит мимо нас в растерянности. Все одинаковые, где же мама с папой. Курс гогочет. Малой плачет и его уводят бабушки. Нас напутствует начальство и поздравляют гости. Потом вручают дипломы. Просят вспомнить какими мы пришли. Вспоминаем и ужасаемся… Неужели мы выдержали и прошли всё это… Какой ужас! И вот последний проход перед трибунами. Развёрнутое знамя, эскорт с саблями. Впереди курсовой и взводные. Они спокойны: никто не споткнётся, все пройдут, как положено. И наша коробка — лейтенантов. Мы идём мимо трибуны, чеканя шаг и тяня ногу, не хуже чем мимо мавзолея. Лена командует: — Раз! И горсти монет взмывают вверх. — Два! И монеты летят опять. — Три! Последний монетный дождь взмывает в небо. Они серпантином переливаются на солнце. Звенят весёлой музыкой нашей победы на асфальте. Кто-то выпускает вязанку шаров. Под ноги метнулись дети за монетами и шарами. Неужели всё? Неужели мы кончили его?! Богуш подхватывает на руки и кружит Маринку. Теперь он может объявить на весь свет, что она его жена. Ко мне подлетает Глеб и кидает, как воздушный шарик меня вверх. Ловит и опять кидает. Его радость не возможно описать. Он надеется, что с армией покончено. Но не тут-то было. Я остаюсь. Быть только женой богатого и постепенно тупеть от безделья я не смогу. К моей новости он относится… Он бледнеет, а потом… Впрочем, спокойно он это воспринял. Посчитал чудачеством и сказал: «Увидим». Что уж он там собрался смотреть не понятно, пусть смотрит я не против, лишь бы не ставил палки в колёса. Лена со Славкой передают с рук на руки малого. Наконец-то они заберут его и заживут семьёй. Взводный посадив на плечи Натку подошёл к нам. Мы все в сборе и решаем чем заняться. Конечно, гуляем. По-другому не может быть. К нам подрулили Вика с Сашей, причём с разных сторон и на полном серьёзе приглашают на свою свадьбу, которая состоится в субботу. Все нокаутированы. Выдавливают из себя: "Ну и ну!" Но быстро выправляются и бросаются поздравлять. Удивительного ничего нет. У каждого на земном шарике свой путь к счастью. Значит, колючки склеились в один шарик и он трансформировался в одно сердце. Наша пятая собирается в стайку. Смотрим на опустевший плац. Скоро сюда придут новые девчонки. Со своими надеждами и судьбой. А мы до боли в глазах всматриваемся в пустоту. Каждая видит себя неуклюжей первокурсницей. Неужели это было… Наткина прилипшая к плацу сумка и первые неумелые шаги в строю. Берёмся за лейтенантские погоны друг друга и встаём в круг. Всё хорошо, что хорошо кончается! Ребята нам не мешают, посмеиваются кидаясь шутками издалека. Это наш день, хотя и их тоже, они были всегда рядом, утешали, помогали, подталкивали вперёд, но всё равно наш больше. Ура, страна, мы лейтенанты!
31 августа 2008 года.