Я не святая (СИ)

- Ну, возможно, Арсений Олегович, вам придется повторять это и десять раз, потому что вы обратились точно не по адресу.
- Любишь, чтобы мужчина был доминант?
- Естественно! Зачем мне шавка? Только на данном этапе жизни мне и мужчина не нужен.
- Зато тебе нужен отличный любовник, - Арсений медленно приблизил ко мне руку, и большим пальцем, убрал с нижней губы крошку от десерта. Меня накрыла теплая волна от его прикосновения, а губы слегка приоткрылись, желая, чтобы его палец продолжил движение.
- Смотри, какая ты отзывчивая на мои прикосновения, - и он костяшками прошелся по скулам, а потом резко схватил меня за подбородок: - Чувствительная девочка.
- Идиот! - я вывернулась из его руки и захватила в плен галстук у самого горла, намотав тот на руку. - Я-то очень чувствительная, только сомневаюсь, что твой член в состоянии меня удовлетворить.
- Не хочу, чтобы ты сомневалась, и предлагаю проверить.
- Губу закатай и ширинку застегни! Тоже мне, герой-любовник.
- Ты фригидная? Не похоже!
- Нет, милый, не фригидная, но лучше убирайся от меня подальше.
- Меня же теперь тянет проверить твою страсть, так сказать, прощупать.
- Хочешь нажить проблем на свою голову?
- Это угроза?
- Нет, зачем? Говорю по факту.
- По факту будет после, а пока... не желаешь выпить чего покрепче?
- Не желаю, я здесь не одна.
От услышанных слов Романов крепко сжал челюсть, а я победно улыбнулась, понимая, что его взбесила мысль о моем предполагаемом спутнике. Собственник, красавец, еще и до жути сексуальный. Так бы и зарычать от блаженства.
- С кем?
- С любимым человеком.
- Я надеюсь, не с Усейновым?
- А при чем тут он?
- Вот и славно.
- Мамочка, можно мне попить?
Ева прибежала ко мне довольная, с раскрасневшимися щеками и слегка растрепанными волосами, похожая на одуванчик. Я улыбнулась ей, и взглядом нашла официанта, который оказался возле соседнего столика.
- Можно, пожалуйста, сок апельсиновый.
- Конечно.
- Только, будьте добры, чтобы не холодный. Для ребенка.
- Будет сделано.
- Доченька, познакомься, это дядя Арсений, - представила я, руками убирая волосы за ушки, решив переплести дочку после игр.
- Привет, меня Ева зовут.
- Привет, Ева. Значит, ты мамино солнышко?
Мужчина протянул к ней руку, и малышка с радостью вложила в нее свою крошечную ладошку.
- Угу, но чаще она называет меня любимая девочка, - раскрыла карты Евангелика, но я лишь улыбнулась ее смышлености.
- Уверен, что это так и есть. А ты не против, если я буду называть тебя Карамелька?
- А почему Карамелька?
- Потому что сладкая.
- Мама, я сладкая? - повернувшись, решила уточнить малышка, смотря на меня серьезным взглядом.
- Очень, милая, очень сладкая.
- Тогда можно, дядя Арсений.
- А ты называй меня просто Арс, так тебе будет легче.
Он усадил ребенка к себе на колено, и как только официант принес сок, придержал Еве стакан, пока та с жадностью пила любимый напиток. Не могу не признаться: то, как он с первых секунд начал общаться с дочкой, произвело на меня впечатление, и стало чуточку обидно, что собственный отец и вовсе не желал интересоваться ее жизнью. Ведь если бы хотел, нашел бы мой российский номер.
- Чмаф, как вкусно, - довольно изрекла малышка, и забавно улыбнулась, глядя на Арсения.
Я же расхохоталась, позволив себе такую слабость около мужчины. Просто вид Евы не мог оставить равнодушным никого! Два забавных кудрявых растрепанных хвостика, улыбка до ушей, а над верхней губой остатки сока, которые виднелись, благодаря оранжевому цвету.
Но то, что произошло дальше, покорило меня еще больше, настолько, что хотелось дать себе оплеуху. Романов, взяв с тарелки красиво свернутую салфетку, и сложив ее пополам, бережно вытер Еве губки, и с удовольствием вдохнул запах ее волос.
Какого черта он творит с волосами?
- Спасибо, я побежала, - сообщила дочь, спрыгивая на пол.
- У тебя еще час, а потом ужин, - Ева кивнула и убежала в игровую комнату, я же, обернувшись к Романову, задала интересующий меня вопрос: - Что ты вечно вынюхиваешь?
- Не вечно, а лишь два раза.
- Неважно! Зачем?
- Пахните вы. Родным.
- Каким еще родным?
- Еще кофе? - сменил он тему, указывая кивком головы на мою пустую чашку.
- Если только капучино, - согласилась я и ответила на звонок, пока Арсений делал заказ.
Звонили по работе, хотели подъехать в клуб, проконсультироваться с тренером на счет занятий. Я перенаправила звонок на офис секретарю, чтобы она могла внести изменения в расписании.
- Значит, у тебя свой фитнес-клуб. А в центре что открываешь?
- Тоже самое, только еще спортзал добавлю. А ты? Ведь не просто за другом заехал?
- Ну, во-первых, он мне не друг, а товарищ, который может перейти во враги. Во-вторых, не просто так, сразу рядом с тобой открываю магазин фирменной спортивной одежды.
- Наверняка, сто пятьдесят седьмой.
- Ну, почти угадала.
- Наслышана, что ты меценат.
- Немного неверная информация. Не меценат, а филантроп.
- Ммм... Что, слишком доброе сердечко?
- Думаю, в этом мы похожи.
- А почему про врагов заговорил?
- Я тебе уже сказал, чтобы вас не видел больше вместе.
- А кто ты такой, чтобы мне что-то запрещать?
- Я твой мужчина.
- Да ладно? И давно?
- Вот как увидел, так и решил.
- Молодец! Только знай, на меня твои уловки не распространяются. Женщину нужно завоевать.
Он моя погибель, но мне нужно держать спину ровно, иначе я пропаду, так и не успев понять, что ему от меня нужно.
- А я завоюю, ты не переживай.
- Уверенности тебе не занимать. Спасибо, - кивнула официанту, который принес наши напитки. -Благодарю. Неуверенный в себе мужчина - это полный крах. А я привык всего добиваться.
- А сколько тебе лет?
- Тридцать пять.
- Золотая середина.
- Это ты о чем?
- Да так, не старый, и не молодой.
- Тебе понравится.
- Не интересует мой возраст?
- Нет. Ты отлично выглядишь, максимум на двадцать пять.
- Льстить умеешь.
- Ничего подобного, это полная правда.
- Почему же не женат? Прекрасный возраст, красив, богат, да женщины пластами должны ложиться у твоих ног.
- Вот поэтому и не женат. Женщинам нужен мой статус и кошелек, я же хочу жену, и мать для наших детей.
- Ага, рабыню, короче.
- Почему рабыню?
- Ну, она же еще наверняка не должна работать, чтобы успеть убрать дома, приготовить ужин любимому мужу, постирать, нагладить труселя, что еще? Плюс ночью ублажать. А помимо всего, - на ней дети.
- Жена не должна быть домработницей. Если хочет работать, пусть работает, но при этом не забывает о семье. Остальное может сделать прислуга.
- Например, уединиться с твоим мужем в спальне?
- Тебе изменяли?
- Тебя это не касается, - строго оборвала я, не желая разговаривать о личном.
- Добрый вечер, - прозвучало у меня над головой. Обернувшись, увидела возле себя молодого мужчину с красивым букетом.
- Добрый.
- Ирина Викторовна? - я кивнула, смотря на цветы, дурманящий аромат которых тут же коснулся моего носа. - Это вам. И всего доброго. Я приняла букет, и с удивлением стала рассматривать нет ли где записки, да и курьер не просил подписи.
- Там ничего не будет, это от меня.
- За что?
- Просто в честь знакомства, - ответил Арсений, отпивая свой кофе.
- Удивлена. Спасибо.
Признаться честно, мне было очень приятно получить цветы просто так, да еще от такого мужчины. Мы общались всего час, но я узнала о нем столько, сколько, пожалуй, не узнала за два месяца про отца Евы. Романов мне казался вежливым и внимательным, а еще очень страстным, - о последнем сужу по его взглядам и по тому, как мое тело реагирует на его прикосновения. Он прошибал меня какими-то мощными зарядами, от которых хотелось тут же раздеться и напасть на этого красавчика. Желательно взять его в грубой форме.