Не дразните бультерьера (Час тигра)
- Хватит! - выпятил грудь храбрый Акулов. - Хватит меня пугать! Может, я думаю, как тебе помочь, а ты своими страшилками меня с мысли сбиваешь! Допустим, я дам тебе...
- Не "допустим", а дашь! Не строй целку!
- Дам! Сто, двести штук, но я должен быть уверен, что ты больше не появишься! Тебе за границу надо бежать! Тебе документы нужны! Чистые!
- Гм... - Я почесал затылок. - Не откажусь.
Глазки Акулова воровато забегали. Он соображал и быстро сообразил, как поиметь выгоду от моего внезапного появления.
- Сема, ко мне обратилась дама, иностранка... Не совсем иностранка, у нее двойное гражданство. Она скоро уезжает за бугор, хочет вывезти с собой по-настоящему крутого телохранителя. Проверенного жизнью, надежного.
- Стоп, Акула! Я все понял. Нужен крутой мэн, у которого дома пятки горят, да? Чтоб компромат на него был и все такое. Деньги, конечно, дамочка сулит немереные.
- Большие деньги будешь иметь, Сема! - обрадовался моему интересу к забугорной дамочке Акулов. - Согласен?
- Не-а, Сережа, не согласен. Вывезут меня как телохранителя, а за бугром заставят выполнять самую грязную работу. Образно выражаясь, вынудят постоянно руки до локтей в крови мочить. Это во-первых. Во-вторых, вспомни, с чего начались прошлые мои... то есть наши напряги. Вспомнил? С предложения немереных бабок за пустяковую службу.
- Да, Семен! Да! Ты прав! Прав! Но, Семочка, я же не скажу дамочке всю правду-матку про твою крутизну! Скажу просто: есть крутой мужик с проблемами. Выберешься за бугор и там кинешь дамочку! Ты же умеешь кидать серьезных людей, Сема! Так кидать, что после твоих бросков редко кто поднимается.
- Ха! Спасибо за комплимент, - поблагодарил я, ухмыльнулся, а про себя подумал: "Раз тебе. Акула, необходимо лишь, чтобы я сказал СОГЛАСЕН, значит, согласие, как и несколько лет назад, при любых раскладах равносильно самоубийству. Впрочем, разве я рассчитывал на что-то другое? "Мясо" поучаствует в экспериментах с "эликсиром Тора" и "мясо" уничтожат, кто б сомневался!.."
- Семен! Иди садись за мой стол. В столе, в ящике справа, во втором сверху, лежит пистолет с глушителем и телефон. Бери пистолет и держи меня на мушке, если мне не доверяешь. Мобилу брось мне. При тебе позвоню заинтересованной дамочке, попрошу ее срочно приехать. Втроем обговорим все детали - твою оплату, проблему с твоей ксивой, мой гонорар.
- Ты чего, Акула?! Еще и нагреться на мне собираешься?
- А как же? Как же иначе? Хочешь жить - умей вертеться.
- Вот теперь, Акула, я и правда тебе верю, ха-ха. Видали, каков гусь я к нему, ха, пришел бабки снять, а он, ха-а-ха, в итоге в плюсе останется! Ха-ха-а, горбатого, блин, могила, ха, исправит, ха-ха-а-а...
Я смеялся вполне искренне. Хитер Акулов! Еще хитрее Корейца, честное слово. Ведет себя из ряда вон достоверно, сволочь. Дурит меня, как матерый пидор первоклассника.
- Тебя, Семочка, обманывать себе дороже выйдет, - будто бы прочитал мои мысли Сергей Дмитриевич. - Я с тобой честен, Бультерьер.
- И правильно. Со мной в игры играть, все равно что с гадюкой целоваться.
Обойдя ромб столешницы, я сел на низкий жесткий стул без спинки, выдвинул ящик стола, где лежали пистолет и мобильник.
- Семен Андреич, будь ласка, подскажи, чего с этим делать? - Акулов нагнулся над господинчиком на ковре.
- А кто это?
- Мой бухгалтер.
- Скажешь: устраивал проверку сотрудников. Скажешь: нанял крутого гопника, чтоб на деле проверил, как твои подчиненные поведут себя в ситуации экстремального наезда.
- Семен, ты - гений!
- Ошибаешься. - Я бросил Акулову мобильный телефон размером с сигаретную пачку. - Я не гений. Был бы умным, хрен бы второй раз наступил на те же грабли, хрена-два снова с тобой бы связался.
Акулов меня слушал, он сосредоточился на телефоне, старательно набирал номер дамочки-заказчицы, покашливал, прочищая горло, как певец-пропойца перед выступлением.
Дозвонился Акулов с первой попытки. И запел, и заверещал елейным голосом. Сергей Дмитриевич говорил намеками и полунамеками, которые расшифровал бы и ребенок, он просил даму "посетить фитнес", обещая угостить ее "марочным выдержанным", и сетовал: дескать, "бутылка откупорена, вино выдыхается". Я слушал смешной разговор и хихикал от души. Единственное, что мешало веселью, - бульканье в желудке, привыкшем регулярно переваривать пищу.
Проблема с желудком разрешилась после третьего телефонного звонка хозяина кабинета. Звонком номер два он вызвал на ковер с абстрактным рисунком двух молодцев поперек себя шире и отругал их за отвратительную работу охранной службы. Молодцы, уходя, забрали с собой начавшего шевелиться главного бухгалтера, а Сергей Дмитриевич вновь набрал телефонный номер и приказал принести "что-нибудь и закусить".
"Что-нибудь" я проигнорировал, хотя глоток алкоголя учитывая промокшие ноги, откровенно говоря, мне бы не помешал. Выпивал Акула сильно, снимал стресс, я же налегал на закуски. Заливное из говяжьего языка было превосходно, осетрина таяла во рту, круассаны под кофе утихомирили бунтующий желудок окончательно и бесповоротно.
Я как раз собирался попросить еще кофе, когда раздался деликатный стук в дверь. "Войдите", - разрешил Акулов, с тоской посмотрев на уполовиненную бутылку. Дверь бесшумно открылась. Первым вошел в кабинет китаец.
Низенький и тощий китаец смахивал на подростка. Я бы даже сказал, что он более походил на среднестатистического вьетнамца, чем на китайца. Впрочем, под обобщенным названием "китаец" скрываются желтокожие лица множества народностей. Общепринято считать китайцев низкорослыми и щуплыми, этот таковым и являлся, а вообще подданных КНР богатырского роста и телосложения гораздо больше, чем аналогичных особей в СНГ.
Китаец вошел в модерновый кабинет Акулова, остановился, осмотрелся по сторонам. Стоял он грамотно - слегка, чуть заметно, согнув колени, немного сгорбившись, едва согнув руки в локтях. Одет китайчонок был в свободного покроя костюм, на взгляд придирчивого модника, мешковатый, а на самом деле не стесняющий движений. Туфли на низких каблуках, на взгляд того же модника, слишком остроносые, но я-то знаю, чего бывает, когда такой вот заостренный носок специальной обуви попадает в глаз.