Встретимся в полночь
– Как скажешь, Вик, – пожал плечами Бобби. Похоже было, что он вполне удовлетворился ее ответом. И все же в его глазах было что-то такое, от чего по телу Вик пробежали мурашки. Он что-то знает… Нет, Вик, успокойся… Просто у тебя… как ее… мания преследования. – Может, ты потолкуешь со мной об этих твоих… проблемах? – неожиданно предложил он.
– Поговоришь, Бобби.
– Да бог с ним, поговоришь… А, Вик? – Бобби посмотрел на нее, прищурив голубые глаза. Вик показалось, что они горят каким-то недобрым огнем.
– Не думаю, что это хорошая мысль. Оставь, Бобби. Все утрясется… само собой.
Вик уже не знала, как отделаться от этого парня. И зачем она согласилась на то, чтобы он проводил ее до дома?! Бобби сверлил ее глазами, своими голубыми буравчиками, а она не находилась, что ему ответить. Господи, ну почему он не оставит ее в покое? Ей сейчас так плохо… Габриэль уехал, она должна хорошенько подумать, как ей быть дальше… А тут Бобби со своим странным взглядом и дурацкими расспросами. Какого черта ему понадобились ее откровения?! Раньше ее мысли его совершенно не интересовали.
Она отделалась от Бобби парой общих фраз, хоть и заметила, что они его не устроили. Пусть думает, что хочет, решила Вик. В конце концов, почему ее должно волновать мнение какого-то Бобби?
Назойливый ухажер отстал от нее только тогда, когда они дошли до дома Миглсов. Вик вздохнула с облегчением, разумеется, про себя. Наконец-то эта пытка кончилась. Хорошо еще, дома нет отца. Он наверняка заинтересовался ее провожатым, возможно, даже пригласил бы Бобби на чай.
В последнее время Фрэд Миглс проявлял к Бобби какой-то подозрительный интерес. Он постоянно расспрашивал о нем Вики и одаривал Бобби воистину удивительной благосклонностью. Вик это совсем не нравилось и казалось странным. Раньше отец не очень-то жаловал Бобби Смарча…
Вик распрощалась с Бобби и принялась обдумывать свои планы: ужасные и не очень. На повестке дня стояло несколько вопросов. Удастся ли ей убедить Эмиса в том, что она верит в его невиновность? Что ей сказать отцу насчет своей поездки в Пингтон, а затем и в Брегли? Где ей найти деньги на дорогу в Брегли и как отыскать Габриэля в этом большом городе? И последний, самый главный и самый страшный вопрос: сможет ли она убить человека, пусть и виновного в смерти ее сестры?
Этот вопрос был необычайно сложным и болезненным для Вик, на чьей совести была смерть одной-единственной крысы из целого полка крыс, периодически осаждавших дом Миглсов.
Однажды – Вик хорошо запомнила этот хмурый зимний день – отец попросил ее рассыпать отраву для крыс и расставить ловушки. Вик сделала это, хоть и терзалась сомнениями. Какие никакие, но эти крысы – живые существа и имеют право заселять и планету, и даже дом Миглсов. Но с отцом не поспоришь… Одна из крыс наглоталась отравы прямо на глазах у Вик и сдохла за несколько минут. Вик стало ужасно жалко бедную крысу. Плача, она собрала разложенную отраву обратно в банку и зарыла крысу в саду. Практичный отец, конечно же, не понял дочерней сентиментальности – его волновала лишь сохранность продуктов, – но травить крыс Вик он больше не доверял. Чему, естественно, она была несказанно рада…
И как же Вик, которая с жалостью смотрела на предсмертные муки крысы, осмелится посягнуть на человеческую жизнь?! Этот вопрос ныл внутри нее, как нарыв, и причинял ей ужасные страдания. С одной стороны, она обвиняла себя в бесчеловечности, с другой – в слабости. Судьба несчастной Аннабель добавляла ей решимости, но Вик не была уверена в том что, встретившись с Эмисом, сможет осуществить задуманное. Но что же делать, если справедливый закон не может покарать его без участия Вик?
Отец вернулся домой под вечер – последнее время он пристрастился к выпивке и часто задерживался у друзей. Вид у него был хмурый. Увидев его сдвинутые брови и мрачный взгляд, Вик сразу поняла, что он знает о чем-то, о чем знать не должен. Она похолодела – лишь бы это не касалось ее замысла…
– Может, объяснишь мне, что ты делала в доме Олова Ланкета? – с порога прогрохотал Фрэд Миглс.
Он не разделся, даже не снял сапог. Вик знала – это плохой признак. Значит, отец зол на нее не на шутку. Но откуда он мог узнать об этом? Ее ведь никто не видел! Кроме… кроме Бобби Смарча… Вот негодяй! – разозлилась Вик. Но злость быстро уступила место страху. Что ей отвечать?! Как оправдываться?!
– Я… – замялась Вик. – Я…
– Можешь не объяснять! Я и сам все прекрасно знаю! Ты все-таки связалась с этим прощелыгой! С этим городским франтом! А ведь я предупреждал тебя, просил не делать этого!
– Но я…
– Молчать! Ты будешь встречаться с ним только через мой труп! Хватит с меня Аннабель!
– Но…
– Не зли меня, девочка! – Фрэд опустился на стул. Лицо у него было безмерно уставшим. – Как я сказал, так и будет! Бобби – отличная партия для моей дочери. Так что выйдешь за Бобби! Как миленькая! И без разговоров!
– Ты с ума сошел! – ошеломленно воскликнула Вик. – Я ни за что не выйду за Бобби!
– Это тебя твой Габриэль так научил разговаривать с отцом?! – возмутился Фрэд. – Как я сказал, так и будет. Марш в свою комнату!
Спорить с отцом было бесполезно. Проглотив обиду, Вик поплелась в свою комнату. В любом случае, завтра ее здесь не будет. Она легла, уткнулась лицом в подушку и тихо заплакала. Ну почему, почему все эти беды обрушились на нее?!