Очень древний каменный век
Клугер Даниил
Очень древний каменный век
Даниил Клугер
Очень древний каменный век
Из космоса, с высоты сорока тысяч километров, Протей-4 очень напоминал Землю - такая же слегка сплюснутая у полюсов голубовато-зеленая сфера, кое-где подернутая дымкой облачного слоя, - и всякий раз, глядя на экран внешнего обзора, капитан Альварец ощущал легкий укол ностальгии. Все-таки шесть лет вдали от Земли, на неблагодарном посту начальника орбитальной станции "Протей - КСС I", весь штат которой состоял из двух человек капитана и штурмана.
Но сегодня Альварецу было не до воспоминаний. И голубовато-зеленый шар на экране вызывал в нем только раздражение. Как, впрочем, и вся до мелочей знакомая обстановка капитанской рубки.
Тяжело вздохнув, Альварец вернулся к своему столу и молча уставился на два предмета, лежащих поверх бумаг. Это были каменные рубила, доставленные на станцию роботами-разведчиками, вернувшимися из очередного рейса на Протей-4. Самые обычные, верхнепалеолитические рубила. Такими орудиями пользовались и на Земле. В незапамятные времена. Такими же... Но не совсем.
Альварец нажал кнопку внутренней связи и мрачно сказал:
- Штурмана Кошкина немедленно ко мне, - как будто на станции, кроме Кошкина и его, был кто-нибудь еще.
Кошкин явился через две минуты. Альварец некоторое время смотрел на него, неопределенно улыбаясь, пока с лица самого Кошкина не сползла приветливая улыбка, а потом сказал:
- Все.
- В каком смысле? - не понял Кошкин. - Что значит - все?
- Все - значит все, - пояснил Альварец. - Я принял решение законсервировать станцию, и - чао. Протей, здравствуй, матушка-Земля. Усек?
- То есть как это? - заморгал длинными ресницами Кошкин. - Как законсервировать? На сколько? Почему?
- Объясняю, - кивнул Альварец. - Как - что у тебя надо спросить. Ибо ты у нас не только штурман, но и бортинженер. На сколько? Объясняю: ближайшие три-четыре миллиона лет нам здесь делать нечего. А может, и... - он недоговорил, махнул рукой.
Изумленный Кошкин продолжал молча хлопать глазами. Изумляться было чему. В кои-то веки нашли планету, населенную гуманоидами. Не разумными грибами системы Альдебарана, которые оказались и не грибами вовсе, да и не особо разумными. И не мыслящей плесенью с единственной планеты Проксимы, которая, как выяснилось, возникла и эволюционировала в результате оплошности экипажа "Альбатроса-3" - оставили на пустой планете использованные ампулы от пенициллина. Настоящую разумную жизнь земного типа. Правда, на более низком уровне развития - на уровне древнекаменного века. Но тем интереснее!
Все это, разумеется, Альварец знал не хуже Кошкина. Но штурман все-таки сказал дрожащим от негодования голосом:
- У человечества впервые появилась возможность увидеть, как происходит эволюция общества...
- Да? - сардонически улыбнулся Альварец. - А вы посмотрите вот на это! - и он кивнул на лежащие перед ним рубила.
Штурман внимательно осмотрел орудия и поднял недоумевающий взгляд на капитана:
- Ну и что? Ну, посмотрел, ну? Нормальные рубила. Очень тщательно сработанные. Что вам не нравится?
Альварец задумчиво посмотрел на него.
- Мне не нравится, - серьезно ответил он, - что вот это рубило, - он указал на лежащее слева, - сделано позавчера мастером по имени Белая Вода из племени скртчей. А вот это, - Альварец взял в руки второе, - найдено роботами во время геологических раскопок, и, как показал анализ, ему около пятнадцати миллионов лет. А есть между ними разница? Заметили вы ее?
Кошкин еще раз осмотрел рубила. Послюнив палец, протер скол на одном из них. Пожал плечами.
- Я, конечно, неспециалист, - неуверенно сказал он. - По-моему, они ничем не отличаются друг от друга...
- По-моему, тоже, - невесело усмехнулся Альварец. - Так как же насчет эволюции, дорогой мой друг Кошкин, а?
Штурман молчал. То, что сказал капитан, не укладывалось в его голове. Молодая цивилизация Протея на деле оказывалась в несколько раз старше земной. Только почему-то преспокойно находилась в состоянии древнекаменного века.
Поднявшись из-за стола, Альварец, раздраженно зашагал по рубке. Словно отвечая на мысли Кошкина, он проворчал:
- Хороша планетка. За двадцать миллионов лет не выйти даже из палеолита. Топор - и тот не изобрели. Хоть каменный - черт с ним. Землю копают заостренными палками! - рявкнул он, останавливаясь перед Кошкиным. - До мотыги не додумались. Вот ты тоже с ними общался. Что скажешь, а?
Штурман несмело откашлялся.
- По-моему... э-э... н-ну, в общем... - он задумался. - Нормальные люди. Так сказать... в смысле... Развитые. Умственно. Т-трудолюбивые... Мн-н-э-э... Терпеливые, стойкие, я бы сказал... Н-ну... - он развел руками и замолчал.
- Вот-вот, - буркнул Альварец. - Именно. Трудолюбие, терпение. Могут сутками трудолюбиво долбить рубилами дерево. Никому и в голову не придет, что занятие нудное. Никому просто не станет лень рубить это дерево рубилом. И никто не придумает топор! Могут сутки терпеливо сидеть в засаде. И никому не надоест! Никто не пораскинет мозгами и не придумает капкан, силок какой-нибудь! А-а!.. - он отвернулся от Кошкина.
Штурман потерянно молчал, а капитан хмуро смотрел на изображение Протея-4 - голубовато-зеленый шар, слегка сплюснутый у полюсов, кое-где подернутый дымкой облачного слоя. Так похожий на Землю - отсюда, с высоты сорока тысяч километров.
- Беда в том, что среди них нет ни одного лентяя, - грустно сказал Альварец.