Брахот

Глава пятая
мишна первая
НЕ НАЧИНАЮТ МОЛИТЬСЯ, НЕ СОСРЕДОТОЧИВШИСЬ. ПРАВЕДНИКИ ПРЕЖНИХ ВРЕМЕН ВЫЖИДАЛИ ЦЕЛЫЙ ЧАС, ЧТОБ УСТРЕМИТЬ СВОЕ СЕРДЦЕ К ВСЕВЫШНЕМУ, И [лишь потом] МОЛИЛИСЬ. ЕСЛИ ДАЖЕ ЦАРЬ ПРИВЕТСТВУЕТ ЕГО НЕ ОТВЕЧАЕТ; ДАЖЕ ЕСЛИ ЗМЕЯ ВЬЕТСЯ У ПЯТКИ ЕГО НЕ ПРЕРЫВАЕТ [молитвы].
Объяснение мишны первой
Мишна эта учит нас, что молитва "Восемнадцать [благословений]" требует сосредоточенности духа. Человек должен освободить свое сердце от всех будничных тревог и очистить голову от всех посторонних мыслей, представив себе, что он стоит перед самим Всевышним (Рамбам, Законы о молитве 4, 16-17; Шулхан арух "Орах хаим" 98, 1). Кроме того, мишна сообщает, что молитва "восемнадцать" прерывается только в том случае, если жизни молящегося угрожает опасность.
Не начинают молиться  — молитву "Восемнадцать [благословений]", не сосредоточившись  — проникшись смирением и богобоязненностью, исполняя сказанное (Тегилим 2, 11): "Служите Г-споду в трепете". Барайта  разъясняет: "Не начинай молиться — ни в унынии, ни в лени, ни в смехе, ни посреди беседы, ни в беспечности, ни от праздной болтовни — но [только] в радости [от исполнения] заповеди". "Например, — поясняет Раши, — сразу после упоминания освобождения из Египта, или после прочтения "Хвалебной песни Давида" (Тегилим 145), восхваляющей Всевышнего и утешающей душу" (Брахот 31а).
Праведники прежних времен выжидали целый час  — чтобы освободить свой ум от будничных мыслей и чтоб устремить свое сердце к Всевышнему  — чтоб сосредоточить свои мысли и чувства на Том, к Кому обращаются с молитвой, чтоб внушить себе благоговение и страх перед величием Всевышнего. И [лишь потом] молились  — вкладывая в молитву все сердце, всю душу.
Если даже царь приветствует его  — во время молитвы, не отвечает  — на приветствие. Даже если змея вьется у пятки его — не прерывает [молитвы].  Гемара разъясняет: случаи, в которых мишна запрещает прерывать молитву, — это случаи, не связанные с опасностью для жизни. То есть: царь, приветствующий молящегося во время молитвы, — это еврейский царь (который правильно поймет ситуацию и не накажет за кажущуюся непочтительность); змея — это или та змея, которая обычно не жалит, или змея не ядовитая. Однако если царь — это нееврейский царь (который способен покарать смертью того, кто не ответит ему во время молитвы), или к ноге молящегося приближается скорпион или опасная ядовитая змея — молитву следует прервать.
мишна вторая
УПОМИНАЮТ МОГУЩЕСТВО [ниспосылающего] ДОЖДИ В "ВОСКРЕШЕНИИ МЕРТВЫХ", А ПРОСЯТ ДОЖДИ В "БЛАГОСЛОВЕНИИ ГОДОВ"; ГАВДАЛА ЖЕ —  В [благословении] "ДАРУЮЩИЙ РАЗУМ". РАБИ АКИВА ГОВОРИТ: ЕЕ ПРОИЗНОСЯТ КАК ОТДЕЛЬНОЕ БЛАГОСЛОВЕНИЕ, ЧЕТВЕРТОЕ [по счету]. РАБИ ЭЛИЭЗЕР ГОВОРИТ: В "БЛАГОДАРЕНИИ".
объяснение мишны второй
Тема этой мишны — добавления в молитве "Восемнадцать", производимые в определенные времена.
Упоминают могущество [ниспосылающего] дожди в "воскрешении мертвых".  То есть во втором по счету благословении молитвы "Восемнадцать". Так называется оно потому, что начинается и кончается упоминанием о всемогуществе Всевышнего, воскрешающего мертвых: "Твое могущество вечно, Г-сподь, ТЫ ВОСКРЕШАЕШЬ МЕРТВЫХ... БЛАГОСЛОВЕН ТЫ, Г-СПОДЬ, ВОСКРЕШАЮЩИЙ МЕРТВЫХ!" Мишна учит, что именно в этом благословении делают добавление, говорящее о всесилии Всевышнего, ниспосылающего дождь, а именно: "[Он] НАВОДИТ ВЕТЕР И НИЗВЕРГАЕТ ДОЖДЬ". Гемара объясняет: "Поскольку низвержение дождя равно воскрешению мертвых, установили упоминание о всемогуществе Всевышнего, ниспосылающего дождь, в "Воскрешении мертвых". О том же говорит Талмуд Иерушалми: "Так же, как воскрешение мертвых — это оживление мира, выпадение дождя — это оживление мира". Добавление о дожде делают между фразами "Ты — великий избавитель" и "Питающий по доброте своей живых" (Рош).
Время произнесения этого добавления — от "дополнительной молитвы" в праздник Шмини-Ацерет до утренней молитвы в первый день праздника Песах. Летом же, согласно ашкеназийскому варианту молитвенника, эти слова опускаются, согласно сефардскому — заменяются на "[Он] ниспосылает росу".
А просят дожди  — вставляя в молитву просьбу: "И дай росу и дождь..." — в "благословении годов"  — посреди благословения, начинающегося словами "Благослови для нас, Г-сподь, Б-г наш, этот год..." и заканчивающегося — "Благословен Ты, Г-сподь, благословляющий годы!"
Время для этого добавления — с седьмого дня месяца хешван до дневной молитвы в канун праздника Песах. Вне Страны Израиля ее начинают произносить на шестидесятый день после осеннего равноденствия. Гемара поясняет: "Поскольку наше благосостояние зависит от обилия дождей — просьбу о дожде установили в благословение о достатке".
Гавдала же . В молитве "Восемнадцать" на исходе субботы и праздника произносят гавдалу:  "Ты даровал нам способность постигать Тору Твою... И отделил Ты, Г-сподь, Б-г наш, святое от будничного, свет от тьмы, Израиль от [других] народов, седьмой день от шести дней работы..." В [благословении] "Дарующий разум"  — в четвертом благословении от начала молитвы: "Ты даруешь человеку разум... Благословен Ты, Г-сподь, дарующий разум!" Причина установления гавдалы  именно здесь объясняется гемарой: "Поскольку гавдала  означает наступление будней, она помещена в будничное благословение о даровании разума". И о том же говорит Талмуд Йерушалми: "Почему включили гавдалу в благословение "Дарующий разум"? Потому что если нет разума — откуда способность различать?!" Раби Акива говорит: ее произносят как отдельное благословение, четвертое [по счету].  Раби Акива считает, что гавдалу  следует не включать в благословение "Дарующий разум", но выделить как особое благословение сразу после трех первых благословений молитвы, заканчивающееся: "Благословен Ты, Г-сподь, отделяющий святое от будничного!", а благословение "Дарующий разум" говорить после него. Раби Элиэзер говорит: в "благодарении". Гавдалу  следует вставлять в благословение "Благодарим мы..." перед словами: "И за все это да будет благословлено..." ИЗ ЭТИХ МНЕНИЙ ПРИНЯТО КАК ГАЛАХА  ПЕРВОЕ: что гавдала  говорится в благословении "Дарующий разум".