В шоколадном дворце

По крайней мере девушка признавала, что проблема существует.
Она влюбилась в принца.
Мариса честно пыталась этого избежать. Но ведь все временно. Когда память вернется, она заставит себя забыть о принце и его соблазнительных поцелуях. Совсем. Стоит только вспомнить слова той песенки, что так часто звучала в голове. Кроме того, какими сладкими ни были поцелуи Нико, он отстранялся от нее всякий раз, словно жалея, что позволил себе лишнее. А это доказывало, что его влекло к ней против воли.
Что ж, Мариса убедится, что Нико не предпримет больше ничего, о чем потом пожалеет. У нее своя жизнь. Нет смысла влюбляться в принца сильнее. Совсем никакого смысла.
Следующие несколько дней прошли так же, как и предыдущие. К концу первой недели своего заточения во дворце Мариса пришла к выводу, что больше счастлива, чем расстроена тем, как все обернулось. И все же она была узницей, а это значит, что девушка не могла продолжать делать, что хотела, и жить своей собственной жизнью.
Только вот в чем заключалась ее собственная жизнь? Хороший вопрос. Где же, ну где же ее память? Так близко и все же так далеко. Это единственное, что приносило разочарование.
В остальном жизнь Марисы текла плавно и приятно.
Все во дворце готовились к коронации. Брат Нико, Дейн, скоро станет новым королем Карнетии. По этой причине Нико приходилось подолгу работать, как и охране. Уж слишком многие не хотели допустить этой коронации.
Мариса рассказала Нико о человеке, которого заметила прячущимся за стенами дворца. Он послал людей проверить окрестности, но те никого не нашли. На всякий случай обыскали все дома, окна которых выходят в сторону дворца. Мариса чувствовала себя виноватой, что подняла такую суматоху, но Нико заверил ее, что это в любом случае должно быть сделано.
– Но мы до сих пор не знаем, о чем говорится в бумагах, вшитых в мою юбку, – заметила девушка, когда Нико сообщил ей последние новости о поисках.
– Аналитики зашли в тупик. Они не понимают, какие это могут быть символы. Они считают, что об этом языке мало что известно. – Нико улыбнулся. – Шонси выдвинул теорию, что ты можешь быть студенткой факультета археологии, которая везла важные документы в Лондонский музей. Может, твой профессор нашел их на древних раскопках…
Мариса обрадовалась.
– Эта теория лучше, чем та, что обвиняет меня в шпионаже. Но как это объясняет потерю памяти?
– А как бы ты ее объяснила?
– Думаю потому, что меня ударили по голове на мосту. – Мариса потрогала то место, обнаружив, что шишки уже нет. – Может, этот удар задел центр памяти или что-то вроде. Но, как сказал доктор Штайн, память постепенно вернется.
– А тебе не кажется, что потеря памяти может иметь психологическую подоплеку? Может, у тебя были причины хотеть забыться? Может, было что-то, от чего ты хотела сбежать?
Мариса нахмурилась. Она и сама задумывалась об этом, но такие мысли пугали ее.
Вместо ответа девушка беспомощно взглянула на Нико, Он приблизился к ней. И снова в его глазах промелькнуло нечто странное. Ему хотелось обнять Марису, поцеловать ее и сделать все, чтобы с ее лица исчезло беспокойство.
И он почти поцеловал ее. Нико стоял так близко, что его дыхание согревало кожу Марисы. Она чувствовала его запах, жар его тела. Его губы находились в миллиметре от ее губ. Но в последнюю секунду принц отстранился. Он взглянул на Марису, тихо выругался и вышел из комнаты.
Девушка закрыла глаза, о Боже, сделай так, чтобы ей было все равно.
Мариса любила читать в библиотеке. Но не только. Вскоре она открыла в себе еще большую тягу – к кулинарии. Когда бы у нее ни находилось свободное время, девушку так и тянуло на кухню. Она определенно знала, как готовить, и с удовольствием воплощала старые рецепты из древних поваренных книг дворцовой библиотеки. У нее получались очень вкусные блюда. Все приходили в восторг, охая и ахая, хваля кулинарные способности Марисы, а особенно ее десерты.
– Ты бы видел ее на кухне, – сказала Карла Нико за обедом, когда Мариса приготовила на десерт вкуснейшие шоколадные трюфели. – Она даст фору любому нашему повару. Думаю, нам стоит подумать о том, чтобы нанять ее. Она лучший повар из всех, которые когда-либо работали во дворце.
Нико отправил в рот трюфель и не смог сдержать восторга.
– Вот это да! – Он взглянул на Марису так, словно видел ее впервые. – Потрясающе!
– Видишь? Я же говорила! – засмеялась Карла. – Она просто шоколадный гений!
«Шоколадный гений». Что-то в этих словах задело Марису. Она почувствовала легкое головокружение.
– В чем дело? – Принц встал и подошел к девушке. – Что случилось, Мариса? Что-то не так?
Она покачала головой и попыталась улыбнуться.
– Н-н-ничего. Правда, я в порядке. Просто немного закружилась голова. Все хорошо, не волнуйся.
Нико вернулся на свое место за столом, но Мариса чувствовала на себе его взгляд. Его забота трогала девушку, но в то же время пугала ее.
В ту ночь она долго не могла заснуть, крутилась и вертелась, не в силах найти удобное положение, чтобы уснуть.
– Это все из-за тебя, – прошептала девушка своему малышу. – Но я ни в чем тебя не обвиняю.
Доктор Завьер сделал ей УЗИ и сказал, что, скорее всего, у Марисы будет девочка. И теперь она лежала в темноте и пыталась придумать имя своей малышке. Это лучше, чем считать овечек.
Однако заснуть никак не удавалось. Мариса подумала, что, возможно, это потому, что она проголодалась. Вконец измучившись, девушка встала с постели, надела халатик и спустилась вниз. Она как раз вошла в кухню, когда наткнулась на принца Нико.
– Что ты здесь делаешь?
– Ой! – Мариса подпрыгнула от неожиданности. – Прости, я не хотела тебя беспокоить. – Она нахмурилась. – Почему ты еще не спишь?
Принц потер затекшую шею. Он выглядел устало.
– Работал над документами, которые забрал с собой из парламента. Я и не знал, что уже так поздно.
– Тебе нужно поспать.
– А тебе нет?
– Я не могла заснуть. Я подумала, что, может быть… – Мариса взглянула на большой холодильник, закусив губу.
– Ты проголодалась? Но за обедом ты смела все подчистую, как маленький слоненок.
– Я ведь ем за двоих!
– Нуда. Прости.
Мариса кивнула и начала изучать содержимое полок.
– Не понимаю, в этом доме что, нет марципана?
– Марципана? – удивился Нико.
– Ну да. Как можно не иметь марципана на кухне? Я уже все обыскала.
– Можешь заменить его ореховой пастой. Или нет?
– О, неплохая идея. – Девушка достала баночку с пастой из миндаля. – Спасибо. Как думаешь, найдется здесь подкопченная семга?
Нико гоготнул.
– Погоди-ка, марципан и подкопченная семга?
Мариса поморщила носик.
– Кажется несовместимым, да? Но мне так хочется…
– Знаешь, что это? – спросил Нико.
– Нет. Что?
– Это малыш говорит.
– Мой ребенок хочет марципан и семгу?
– Наверное. Ты когда-нибудь пробовала такое сочетание? Уверен, что нет.
– Считаешь, мой малыш проголодался?
– Да.
Нико стоял очень близко. Его глаза блестели.
Мариса сглотнула, понимая, что должна отвернуться, но не могла отвести от Нико взгляда.
– Ну-ка, посмотрим. – Принц приложил руку к ее животу.
– Ой, что ты делаешь?
– Ш-ш-ш… я слушаю.
Он шутит, правда? Должно быть. Но у Марисы перехватило дыхание от такого трогательного жеста.
– Хм… подкопченная семга и марципан всего лишь закуска. Она хочет леденец, багет и пинту мятного мороженого. И арахисовое масло.
– Арахисовое масло! О да!
Усмешка смягчила черты лица Нико. Он убрал руку с живота Марисы, но только чтобы взять ее за подбородок. Он собирался поцеловать ее, ведь так?
– Когда эта малышка родится, – прошептал он в миллиметре от ее губ, – нам придется разработать специальное меню для нее.
Мариса не сразу поняла, о чем он говорит. Их губы почти соприкасались. Но, осознав смысл его слов, девушка резко отстранилась.