Фантастика 1990
– Все преувеличил, негодяй… все извратил!…- вскричал профессор с острой болью,- было… пустяки, как шутка… надо ж так заплевать все!… Я давал уроки, посылал матери… эти “службы”, для успокоения религиозной тетушки, которая столько для меня… отнимали время… я не мог все на ее плечах… давал уроки… и она, поняв, мне помогала, добавляла…
Все извратил год!… Да, я не верил, вынуждал себя… для ее покоя… только для ее покоя, а не для… извратил, подлец! извратил, как все!…
– Ну, игра ума, а суть-то та же. Что?! Глазки в передничек, как “папа-мама”? Постиг ин-дукцию? Но я великодушен. За “по-бегушки” для меня, вот, три презентика, обогащайся.
Первый: ты вдрызг бесснастный и посему бессилен оплодотворять… дарю совет: лечись! да вот, досада… слишком поздно.
Второй: займи хоть с Микиты на монетку его сверхлогики! ах, нет под рукой Микиты! И - последний: свешивай почаще русую… пардон, седую! - голову к груди, где инструментик… “угрызений” им меряется, говорит, все очень точно! но…анкор эля! - там так же пусто, как в этом логове, ан-тичном, хе-хе-хехе-э…
Профессор проснулся от “толчка”. Часы указывали - 2.
– Ф-ф… ко-шмар…- с трудом передохнул он, нашаривая нервно папиросы…- где они?!.- Ффу… грязь какая! - и стал креститься.
Весь дрожа, он сунул ноги в туфли, надел халат. Но… что же надо?… Вертелось в мыслях, что-то надо было… что-то сделать… что?… По привычке он подошел к столу, “занести мысли”. Узнал свою работу, стал листать, привычно-бегло… и вдруг, найдя что надо, схватил перо и, в дрожи прорвав бумаги, написал размашисто, во всю страницу - ложь! Сгреб комом, бросил об пол и стал топтать. И повторял, как исступленный, задыхаясь…
– К черту!., к черту!., к черту!…
ТАИНСТВЕННАЯ ВСТРЕЧА
Шмелев Иван Сергеевич (1873-1950) эмигрировал за границу, но духовно никогда не порывал с родиной. Размышляя о задачах литературы, он писал: “Произведение искусства должно само говорить, а говорит оно по-разному: как кому. Вы душой, сердцем берете… прекрасно. Искусство только этим и берется, ибо его высокое назначение (да, назначение!) - поднимать человека. Сия благодать - от Света Светов”.
Знакомя читателей с небольшим рассказом Шмелева, мы только напоминаем, что им предстоит открыть для себя большого мастера слова. “Каменный век”, “Солдаты”, “Пути небесные”, “Лето господне”, “Богомолье”… Умерший под Покровом Пресвятой богородицы (православный монастырь в Бюсси ан-Отт), И. С. Шмелев - поистине светлый художник. И не случайно его лучшие произведения о видениях детской души.
Детство всегда чувствует идеал лучше, глубже, чище. “Если не будете, как дети, не войдете в Царство Небесное” (Мф.,18).
Перед своим отъездом из России Шмелев писал в Берлин: “О, как бы славно было, если бы Европа ближе могла узнать глубины и красоты литературы нашей и полюбить наше родное,- духовно постигнуть его сокровища!” Пожелание Ивана Сергеевича сбылось: Европа узнала…
Пора бы наконец и нам…
ПАВЕЛ ГОРЕЛОВ
