Рембрандт
– Так что же, господин ван Рейн, исполнил свое дело?
– Да! – твердо проговорил художник.
Вот тут старичок посерьезнел и сказал загробным голосом:
– «…тогда займи твое место».
– Где оно? Там? – Рембрандт глазами показал наверх,
Михаил Алпатов, известный искусствовед, писал:
«При жизни Рембрандта не признавали. В наши дни в Голландии каждый школьник знает и чтит своего великого соотечественника. Это очень отрадное явление».
Из разговора в Национальном музее. Стокгольм. Март, 1970 год.
— Стал ли с годами хуже писать Рембрандт? Иногда можно услышать споры на эту тему. Но вот факты: вспомните, когда были написаны «Синдики» и эта вот картина – «Заговор Клавдия Цивилиса»? Обе картины создавались после того, как возраст художника перевалил за шестьдесят. Обе картины мы причисляем к шедеврам. Обратите внимание на размеры «Цивилиса»: почти два на три метра. А была гораздо больше, примерно шесть метров на шесть. Предназначалась она для Амстердамской ратуши. Когда отцы города отказались от картины, художник вырезал этот холст, а на остальных кусках написал новые картины. Представляете себе картину размером шесть на шесть? Это сколько же надо иметь силы и фантазии! Рембрандт посвятил картину сцене борьбы древних батавов – предков нидерландцев. Батавы дают клятву своему предводителю Клавдию Цивилису не щадить своих сил в битве с римскими поработителями. Картина имеет еще одно название: «Заговор батавов». А в каталоге музея читаем: «Клятва батавов в верности Клавдию Цивилису». Сло́ва «Юлиусу», которое в некоторых книгах присовокупляется к имени Клавдий Цивилис, здесь нет…
Рано утром Ребекка Виллемс бросилась к Корнелии:
– Девочка моя!.. Девочка моя!..
Спросонья Корнелия ничего не понимает. Но, увидев заплаканные глаза Ребекки, отшатнулась от нее:
– Он… умер?
А прощание состоялось утром восьмого октября 1669 года.
В беспокойный осенний день художника повезли к Западной церкви, в которой орган. Положили в землю у колонны. Городские власти великого города Амстердама выдали на погребение некоего Рембрандта двадцать гульденов.
Плакали Корнелия и Ребекка. А больше было и некому…
А еще позже, много позже, – может, лет через десять, когда ремонтировали Западную церковь, – прах Рембрандта перенесли на какое-то кладбище. Захоронили в какой-то могиле. Уж никто не помнил его имени…
«И когда все твое дело исполнишь, тогда займи твое место».
Амстердам – Москва – Агудзера
1983 – 1984