Дороже золота
Обменявшись несколькими словами с Мо, прибывшие уселись за угловой стол, и Рори, не в силах удержаться, время от времени украдкой поглядывала в сторону этой неприятной парочки. В течение последующего получаса они ни с кем не перемолвились ни единым словом, в том числе и друг с другом, ни разу не сыграли в карты, не проявили ни малейшего интереса к девушкам: оба просто сидели, молчали, не спеша потягивая свое виски, и, казалось, кого-то поджидали.
Рори снова передернулась, ощутив покалывание, волной прокатившееся по коже рук. «Словно сам сатана взмахнул крыльями над головой» – так нередко выражалась ее мать, когда была чем-то напугана.
Решив уйти из салуна, Рори поднялась из-за стола, но тут же вспомнила, что ей нужно было купить бутылку виски для отца.
Все последнее время отец вызывал у нее немалую тревогу: несмотря на преклонный возраст, он упорно продолжал, по его собственным словам, «наверстывать упущенное в молодости». После смерти матери отец сильно пристрастился к алкоголю, так что порой виски заменяло ему завтрак, обед и ужин. В такие дни Рори с трудом удавалось заставить его хоть что-нибудь съесть.
Между тем на лестнице появились Шейла и Гарт Фрейзер. На ногах парень держался нетвердо – по всей видимости, он выпил большую часть того виски, что они брали с собой.
«Он такой же, как и остальные, – с грустью подумала Рори. – Несмотря на различия во внешнем виде и манерах, все мужчины по своей сути одинаковы».
Гарт Фрейзер поймал ее взгляд и, улыбнувшись, слегка приподнял шляпу.
«Но все-таки он очень мил», – призналась себе Рори и, кивнув в ответ, повернулась к нему спиной.
Занимаясь с Мо дележом заработанных танцами денег, она заметила, как хозяин салуна переглянулся с «неприятными типами» и дернул подбородком в сторону направившегося к выходу Фрейзера. Парочка тотчас же поднялась из-за стола и последовала за ним.
Определенная склонность к настороженности, унаследованная от матери, нередко помогала Рори избегать ситуаций, которые в ее двадцать четыре года могли бы стать губительными: образно говоря, ей не нужно было ступать в лошадиный навоз, чтобы разобраться, откуда так скверно пахнет. И сейчас она ничуть не сомневалась в том, что эти двое замыслили недоброе, а Мо состоит с ними в сговоре.
«Тебя это совершенно не касается, Рори О’Трейди, – мысленно одернула она себя. – Так что не обращай внимания».
К тому же Гарт Фрейзер, на ее взгляд, был из тех людей, которые способны сами о себе позаботиться хоть в трезвом состоянии, хоть в подпитии.
Рори вышла из салуна, и ее сразу же окутал низко стелющийся туман. От бухты веяло запахом моря и доносился звон корабельной рынды.
Подняв глаза к небу, девушка взглянула на ясный лик луны и на набегающие темные облака.
– Да, мама, я знаю, – прошептала она. – Это плохой знак.
По причине позднего времени улица была пустынна; только чуть поодаль маячили фигуры Фрейзера и тех двух типов, что последовали за ним.
Рори поплотнее закуталась в шаль, покрепче сжала горлышко купленной бутылки и направилась к расположенным неподалеку меблированным комнатам, в которых они с отцом остановились, однако на полпути ее совесть все же возобладала над благоразумием. Нет, она не могла бросить Фрейзера на произвол судьбы и позволить двум негодяям осуществить их мерзкий план.
Игнорируя доводы разума, Рори развернулась и поспешила обратно, ожидая, что с минуты на минуту поднимающийся туман окончательно поглотит город и растворит последние проблески лунного света, пробивающегося из-за туч.
Опасаясь, как бы ее не заметили, Рори осторожно шагала за видневшимися впереди силуэтами. В какой-то момент фигуры мужчин совершенно пропали из поля ее зрения, и если бы внезапно не раздался хриплый голос одного из них, она бы наверняка с ним столкнулась.
– Вяжи покрепче, Череп. Отнесем его в хижину, и я отправлюсь к капитану.
Говоривший что-то держал в руке – судя по всему, увесистую палку; у его ног валялся бесчувственный Фрейзер, которого второй злоумышленник спутывал, точно бычка, по рукам и ногам.
Затем они, кряхтя, подняли свою жертву, протащили некоторое расстояние и занесли в какую-то хибару.
Приблизившись к окошку, Рори заглянула внутрь.
– Вроде бы зашевелился, – проговорил мужчина, который был покрупнее и обладал хриплым голосом. – Вот, держи его револьвер – пригодится, если он очнется.
– Бейтс, я что, должен в него стрелять? – Тот, кого звали Черепом, широко раскрыл глаза.
– Конечно, нет, придурок, просто держи его под прицелом, чтобы он не вздумал убежать. – С этими словами злоумышленник по прозвищу Бейтс стремительно двинулся к выходу, так что Рори едва успела отскочить от окна и укрыться в тени.
Убедившись, что мужчина ушел, она вернулась к хижине и опять заглянула внутрь.
Тусклый свет единственной горевшей свечи с трудом позволял рассмотреть лежавшего в углу связанного Фрейзера, над которым с пистолетом в руке возвышался Череп.
– Не вздумай дергаться, приятель, если хочешь остаться в живых.
– Вот как? Ну а сесть хотя бы можно? – спросил Фрейзер. – Так мне уж очень неудобно.
– Ладно, садись, – позволил Череп. – Но только смотри, без шалостей.
– Скажи, что вам от меня нужно? Забирайте мои деньги и отпустите меня на все четыре стороны.
– Ну нет, дружок: мы придумали для тебя кое-что получше. Тебе предстоит отправиться в долгое и увлекательное морское путешествие.
Рори вздрогнула: ее предположение оказалось верным. Негодяи действительно собирались сдать Фрейзера на судно. Нужно было что-то предпринимать и, пока не поздно, как-то выручать беднягу.
В этот момент в отдалении послышались шаги, и Рори снова скользнула в тень. Вскоре из темноты вынырнул Бейтс, а когда он зашел в дом, девушка снова приблизилась к окошку.
– Капитан и команда на берегу, на судне только боцман, – сообщил Бейтс. – Он сказал, что нам придется притащить его самим.
– И как мы это сделаем? – Череп недовольно поморщился. – В нем не меньше девяноста килограммов. Не можем же мы нести его на себе!
– Тогда он пойдет на своих двоих.
– Да? И почему это ты решил, что я подчинюсь? – ехидно спросил Фрейзер.
Скривив рот в недоброй ухмылке, Бейтс вытянул из-за голенища длинный нож.
– Потому что это лучше, чем валяться в канаве с перерезанным горлом.
– Железный аргумент, – невозмутимо согласился Фрейзер.
– Мой нож тоже сделан из железа, так что постарайся не совершать глупостей.
Бейтс перерезал веревки, стягивающие лодыжки Фрейзера, и поставил его на ноги, после чего убрал нож обратно в сапог, распахнул дверь и приказал:
– Давай двигай!
Пленник, однако, принялся разминать затекшие конечности, и Череп в нетерпении толкнул его к выходу. Фрейзер по инерции налетел на Бейтса, который, потеряв равновесие, упал. Воспользовавшись ситуацией, Фрейзер сильно пнул Черепа по колену, и тот, взвыв от боли, выронил пистолет, а сам схватился за ногу.
Фрейзер попытался было выскочить на улицу, однако пришедшие в себя злоумышленники набросились на него и повалили на пол. В завязавшейся борьбе ни один из мужчин не проронил ни слова, были слышны только сопение и глухие звуки тумаков, но никому так и не удавалось нанести сокрушительный удар.
Даже учитывая его нетрезвое состояние, Фрейзер боролся довольно успешно; однако он был один, и Рори не сомневалась, что бандиты рано или поздно его одолеют.
Впрочем, вскоре Фрейзер сумел-таки подняться на ноги и с такой силой оттолкнуть от себя тщедушного Черепа, что тот, отлетев в сторону и ударившись головой о стол, потерял сознание.
Между тем Бейтс снова выдернул из-за голенища нож. Заметив это, Рори, не раздумывая, ворвалась в хижину, и едва подонок вознамерился воткнуть лезвие Фрейзеру в бок, с силой ударила его по голове зажатой в руке бутылкой.
Бейтс без чувств рухнул на пол, и Фрейзер, обернувшись, уже готов был нанести еще один мощный удар, но вовремя остановился, распознав в новом участнике битвы женщину.