О проблемах языка и мышления
Но возьмем это азбучное предложение, каково оно есть. Какого вывода надо ожидать из него? Очевидно такого: «Так как труд является источником всякого богатства, то никто в обществе не может присвоить себе богатства, которое не было бы продуктом труда. Человек, который не трудится сам, живет трудом другого, и даже культуру свою он приобретает насчет чужого труда». Вместо этого при помощи слов: «и так как», к первому предложению прицепляется второе, и вывод делается из этого второго предложения, вместо первого.
Вторая часть параграфа: «Полезный труд возможен только в обществе и посредством общества». В первой части параграфа источником всякого богатства, всякой культуры, а следовательно, и всякого общества был труд. Теперь мы узнаем наоборот, что никакого «полезного» труда не может быть без общества.
В третьих, заключение: «И так как полезный труд может производиться только в обществе и обществом, продукт труда сполна и на равных правах принадлежит всем членам общества».
Великолепное заключение. Если полезный труд может производиться только в обществе и обществом, то и продукт труда принадлежит обществу; на долю же отдельных рабочих достанется из него лишь остаток от расходов на обеспечение необходимого условия труда: то есть общества.
И в действительности, во все времена защитники каждого данного общественного строя всегда ссылались на это положение. Прежде всего выдвигаются притязания правительства со всеми его придатками, в качестве общественного органа, охраняющего общественный порядок. Затем следуют притязания различных родов частной собственности, так как они именно служат основами общества и т.д.
Эти пустые фразы можно, как видите, вертеть и выворачивать как кому угодно.
Некоторый общий смысл первая и вторая часть параграфа получают лишь в таком виде: «Труд становится источником богатства и культуры лишь в качестве общественного труда или, что то же самое, труда, совершающегося в обществе и посредством общества».
Это предложение неоспоримо, так как, если индивидуальный труд (предположив наличность его материальных условий) и может производить потребительные ценности, он ни в каком случае не может произвести ни богатства, ни культуры.
Но так же неоспоримо и другое положение: «по мере того, как совершается общественное развитие труда и тем самым он становится источником богатства и культуры, развивается так же, с одной стороны, бедность и беспомощность рабочих, а с другой – богатство и культура для не рабочих».
Это закон всей истории до наших дней. Следовательно, вместо общих фраз о «труде» и «обществе» нужно было ясно показать, как в современном, капиталистическом обществе создались, наконец, те материальные и пр. условия, которые дают рабочим возможность и в то же время вынуждают их устранить это общественное проклятие.
На самом же деле весь этот параграф, негодный по форме и по содержанию, нужен здесь лишь для того, чтобы выставить в качестве лозунга на знамени партии излюбленное лассальянское изречение о «полном продукте труда». Я потом вернусь к этому «полному продукту труда», к «равному праву» и пр., так как дальше они снова повторяются в несколько отличной форме.
3) «Освобождение труда требует возведения средств производства в собственность всего общества, коллективного регулирования всей работы и справедливого распределения ее продукта».
«Возведение средств производства в общественную собственность» обозначает, конечно, их «превращение в общественную собственность», но это так, мимоходом. Что такое «продукт труда»? Произведенные ли предметы или их ценность? И в последнем случае: вся ли ценность продукта или только та часть ценности, которая добавлена новым трудом к ценности употребленных им средств производства?
«Продукт труда» (в смысле дохода трудящегося) это пустое представление, поставленное Лассалем на место определенного экономического понятия. …
Вслед за фразерством о получении рабочим «полного продукта своего труда» должны исчезнуть фразы вообще о «продуктах труда» рабочего, хотя бы и не полных.
В обществе, основанном на принадлежности средств производства всему обществу, производители не обмениваются своими продуктами. Равным образом и труд, употребленный на производство продуктов, не проявляется в виде ценности, как бы свойственной самим продуктам, так как здесь в противоположность капиталистическому обществу работа отдельного лица является частью коллективного труда не косвенно, а непосредственно.
Выражение «продукт труда рабочего» уж и теперь негодное, в виду своей двусмысленности, теряет, таким образом, всякий смысл. …
«Чтобы подготовить путь для разрешения социального вопроса, немецкая рабочая партия требует учреждения социалистических производительных товариществ при содействии государства и под демократическим контролем трудящегося народа. Производительные товарищества должны быть созданы в таком количестве в промышленности и земледелии, чтобы на них возникла социалистическая организация коллективного труда».
После железного закона Лассаля – панацея того же пророка. Вместо существующей борьбы классов подставляется газетная фраза «социальный вопрос», к «разрешению» которого «подготовляется путь».
Вместо процесса революционного переустройства, «социалистическая организация» коллективного труда возникает из «содействия государства» производительным товариществам, «созданным» государством, а не рабочими.
Вполне достойно Лассаля вообразить себе, что при государственной субсидии так же легко построить новое общество, как новую железную дорогу!
Из-за остатка стыдливости «государственную помощь» ставят… под демократический контроль «трудящегося народа».
Во-первых, в Германии большинство «трудящегося народа» состоит из крестьян, а не из пролетариев.
Во-вторых, слово «демократия» будет по-немецки «Volksherrschaft» («народовластие»).
Что же это за «властный контроль трудящегося народа»? Того самого народа, заметим, который не только не властвует, но своим же собственным обращением к государству с требованием помощи сознается в том, что не созрел еще для народовластия.
Что же касается до самого рецепта, который при Луи-Филиппе Бюше прописал против французских социалистов, а реакционные рабочие из «Atelier» приняли, то на нем не стоит останавливаться.
Главная беда не в том, что эти чудодейственные ассоциации вписаны в программу, а в том, что вся она идет назад от классового движения к сектантскому.
Перехожу теперь к демократическому отделу.
А. Свободное основание государства.
Сперва о «свободном государстве, к которому стремится (в отделе II) германская рабочая партия».
Что такое свободное государство? Сделать государство свободным никоим образом не может быть целью рабочих, освободившихся от верноподданного мышления. …
А какое беспутное злоупотребление словами: «современное государство», «современное общество» и какое еще более беспутное введение в программу полнейшего непонимания того государства, к которому она предъявляет свои требования.
«Современное общество» – это капиталистическое общество, существующее во всех цивилизованных странах, с большей или меньшей примесью элементов, унаследованных от средних веков, более или менее видоизмененное особенностями в историческом развитии или менее видоизмененное особенностями в историческом развитии. «Современное государство», наоборот, изменяется с переездом каждой границы. В прусско-германской империи оно совершенно иное, чехи в Швейцарии, и в Англии оно не такое, как в Соединенных Штатах. «Современное государство», следовательно, есть не более, как фикция…
►(К. Маркс. Отрывки из «Критики Готской программы» 1875 г. – «Критика Готской программы». Петроград, 1919 г. // 19, 13 – 27.)