Полное собрание сочинений в трех томах. Том 3

Часть 73 из 151 Информация о книге

ТРЕТЬЯ ИНТЕРМЕДИЯ
Балетный выход четырех амурчиков и четырех зефиров, дважды прерываемый диалогом между одним из амурчиков и одним из зефиров.
ПЕРВЫЙ ДИАЛОГ
Зефир.
О юности нежность,
Любви неизбежность!
Настала пора,
Когда нас волнует амуров игра.
Не надо смущаться,
Не надо бояться
И прятать не надо лица,
Любовь нас ведет до конца.
С амурами будем смеяться,
Амурам доверим сердца.

Зефир и Амурчик.
Влюбляться всем нам суждено,
Едва придет наш час.
Чем чаще нам пленять дано,
Тем больше спросят с нас.

Зефир.
Нам в юности нежной
Любить неизбежно,
Чтоб чувства мятежный
Огонь не погас.

Зефир.
К чему колебаться
И чувства бояться?
Утраченный час
Потерян для нас.

Зефир и Амурчик
Влюбляться всем нам суждено,
Едва придет наш час,
Чем чаще нам пленять дано,
Тем больше спросят с нас.

ВТОРОЙ ДИАЛОГ
Зефир.
Любовь так прекрасна!
С ней спорить опасно,
С ней даже печаль
Покинуть нам жаль.
Ее обаянье
Сильнее страданья.
Нам часто, чтоб счастье вкусить
Приходится боль выносить,
Но вечно нас манят желанья,
И нам без любви не прожить.

Зефир и Амурчик.
Приходит с любовью печаль,
Заботы преследуют нас,
Но горем платить нам не жаль
За счастья промчавшийся час.

Зефир.
О, сколько мучений, страданий
В любви мы предвидим заране,
И все же мы платим ей дани,
Ведь даром ее не добыть!

Амурчик.
Но есть ли прекраснее участь —
Любить и волнуясь и мучась?
На свете блаженством зови
Одно лишь блаженство любви!

ДЕЙСТВИЕ ЧЕТВЕРТОЕ
ЯВЛЕНИЕ ПЕРВОЕ
Аглавра, Кидиппа.
Аглавра.
О милая сестра! Чудес здесь слишком много,
И сосчитать я не могла бы их.
Еще не видело богатств таких
И солнце, что скользит своей дорогой.
Но все это не радует меня.
Сверкающий дворец и украшенья
Меня приводят в возмущенье.
На них с досадой я смотрю, судьбу кляня.
О, как же к нам судьба несправедлива злая!
С нескромной щедростью богатства расточая,
Природа много здесь чудес произвела,
Чтоб тотчас же забрать их все могла
Себе сестра меньшая.

Кидиппа.
О, как я понимаю вас!
Среди таких красот и я грущу сейчас.
Все то, что сердит вас, меня здесь оскорбляет;
Все, что нам явлено в прекрасных сих местах,
Меня, как вас, гнетет и тотчас оставляет
Осадок на душе, румянец на щеках.

Аглавра.
Не знаю, есть ли где подобная царица,
Перед которой все спешило бы склониться,
Как перед нашею сестрой.
Ей повинуются с угодливостью льстивой,
Ее желаний ждать готовы терпеливо
И ловят каждый взгляд живой.
Служанки здесь одна другой подобострастней
И будто говорят огнем ревнивых глаз:
«Как вы ни хороши, Психея все ж прекрасней,
И мы, ее рабыни, лучше вас».
Она прикажет — все готово,
Не прекословят ей, не возразят ни слова.
Скользит за нею Флора по пятам
И сыплет вкруг нее даров своих цветенье,
Всходящее столь щедро по лугам;
Зефир спешит ее исполнить повеленье
И расстается с милою своей,
Чтобы Психее услужить скорей.

Кидиппа.
Здесь даже боги ей подвластны!
Здесь скоро алтари воздвигнут ей!
А мы простых лишь покорим людей,
Которым верить было бы напрасно —
Затем, что нашим нежностям в ответ
Они в душе противятся, и нет
Конца их дерзостям и хитрости всечасной.

Аглавра.
Ей мало, что в безумии своем
Поклонники ее предпочитают
И, нас совсем забыв, все больше день за днем
Влюбленною толпою окружают!
В тот час, когда приятней было б нам
Увидеть сбывшимся оракула реченье,
Ей нашим хочется явить очам
Иной судьбы счастливое теченье,
Чтоб нам пришлось увидеть здесь самим
То, что мы вовсе видеть не хотим.

Перейти к странице:

Предыдущая страница

Следующая страница