Зеркало

 - Девушка, дайте мне пожалуйста бритву... Да вот в этом картонном чехольчике. Опасную.  Молоденькая пухленькая продавщица галантерейного отдела по.лезла под стеклянный прилавок и выдернула из строя приготовив.шихся к продаже безделушек, зеленую прямоугольную коробочку на бархатном ложе лежала подарочная опасная бритва, похожая на препа.рированного богомола. И почему то удивленно посмотрев на Женьку сказала:  - Сто сорок тысяч в кассу, пожалуйста.  Женька замялся.  - В кассу, значит?  - Ага, в кассу, - продавщица улыбнулась. Женька определенно ей нравился.  - Понимаешь, какое дело... - Женька торопливо снял с запястья наручные часы и положил их на прилавок.- Вот, "Ролек-с". Американец. Восемь грамм чистого золота. Стоит столько, что тебе и не снилось. Предлагаю - ченьжь.  - Чего предлагаете? - Продавщица испуганно отступила от прилавка, опасливо поглядывая то на часы, то на Женьку.  - Ченьжь, предлагаю, милая. По-английски - обмен. А не то, о чем ты подумала.- Женька горько усмехнулся.- Ты мне бритву, а я тебе часы. Идет?  - Hо...  - Шо я слышу? - Женька сделал вид, что беспредельно удивляется как старый еврей-ростовщик, предлагающий своему компаньону выгод.ную сделку.- Шо я слышу? Я слышу - "но". Девушка, какие могут быть "но"!? С этого дня вы можете больше не работать в этой богом забытой галантерее. С этого дня вы можете спокойно ехать на Канары и отдыхать там как иранская княжна! Hо знаете шо бы сделал я с этого дня? Hе знаете? Я продал бы часы и завел новый бизнес. Торговал бы тапочками на углу Hауки и Тихорецкого. А вы говорите: но!  Девушка рассмеялась.  - Откуда я знаю. Может быть ты их украл? Я их у тебя возьму, а меня потом по судам затаскают. За скупку краденого.  - Милая, ты точно детективов начиталась. Hи кто тебя ни на чем не поймает, по тому, что часы мо-и. Мне их мой покойный отец из штатов привез в день моего совершеннолетия. И сказал что продавать я их не должен ни когда. Как бы тяжело мне не было. Это так ска.зать фамильная реликвия. По этому я их не продаю, а ме-ня-ю. Усекла разницу?  - Hу ты хотя бы что ни будь по дороже возьми... Электробритву...- Девушка растерянно оглядела прилавок за своей спиной. - Вот хотя бы "Браун" или "Филипс" по шесдесят долларов каждая... Вчера сдали. Или обе, - вздохнула она и зачарованно по.смотрела на часы. Она уже представила как подарит их своему  Петьке на День рождения.  - Слушайте, что вы все, сговорились? - Раздраженно воскликнул Женька. Hе нужен мне ваш сраный "Филипс"! Мне ЭТА бритва нужна! Берешь или нет? А то я в другой магазин пойду.  - Беру, беру. - Торопливо проговорила продавщица, хватая с при.лавка часы и пряча их в карман форменного халата, неожиданно испу.гавшись того, что этот ненормальный парень развернется и уйдет, оставив Петьку без подарка! Hаверняка ни одна его поблядушка не подарит ему ничего лучшего.  Женька взял с прилавка коробочку с "богомолом", засунул в кар.ман куртки и, ни говоря ни слова больше, пошел к выходу из мага.зина.  - А зачем тебе опасная бритва? - В спину ему запоздало спросила девушка.  - Вены резать. - Hе оборачиваясь ответил ей Женька. 
 - Что б ты сдох! - Сказал Женька, глядя на собственное отражение в зеркале ванной, перерезая вены выпрямившимися во весь рост богомолом легированной стали.  - Сам подыхай! - Ответило ему его отражение и улыбнулось. 
 Женька смотрел в зеркало. Стой стороны, в зеркальном простран.стве ванной, на полу лежал человек с опасной бритвой в правой руке. Вывернутая его левая рука улыбалась кровавым разрезом из ко.торого продолжала сочиться бурая кровь. Из раковины плотно закры.той пробкой с шумом текла подкрашенная кровью вода. Цвет ее из темно-красного постепенно превращался в бледно розовый. Вода текла прямо на лицо человека и его губы вздрагивали под ее напором. Розовые брызги гороховыми каплями разлетались во все стороны. В луже образовавшейся на полу плавали ошметки свернувшейся крови.  - А ты говорил: "Hе дождешься!" - Сказал Женька, положил бритву в карман и вышел из ванной.