Берия. Преступления, которых не было
ЧАСТЬ 2. МОСКВА
ГЛАВА 1
ПОЧЕМУ СТАЛИН ПОСТУПИЛ КАК ПЛОХОЙ КАДРОВИК?
«…Главное его везение — это даже не приближенность к вождю… Главное, что, избирая кадры, Сталин действовал все же логично. Пусть логика этого человека для нас и неприемлема, но логика была. Отобрать молодых, готовых ради него и ради сохранения собственной головы на все, деловых, умных и неразборчивых в средствах. Берия оказался в числе избранных…»
« И все же в 37—38 годах вождь был недоволен работой Ежова и НКВД в целом. Исполнительность и усердие маленького наркома не могли заменить отсутствие профессионализма…»
«…Выбор явно не случайный. Несомненно, умен, коварен с врагами, молод, образован, властолюбив, тщеславен, инициативен, предан, всем обязан ему, Сталину, жесток, трудолюбив, лишний раз на глаза не лезет, но без совета тоже на рожон не попрет. Осторожен. Имеет вкус к интриге, на своем, конечно, уровне, аккуратно подобрал команду, которая вроде и дело знает, и хозяина чтит. Не пьяница, как Ежов, Жданов, Булганин. Любит женщин — ну, это не порок, вон уж на что Калинин… Заслуг особых нет? Постарается заработать, это дело наживное. Выдвижение Берия, похоже, было частью широкомасштабного эксперимента…»
И снова предубежденность. Возьмем это перечисление качеств. С одними спорить не приходится, другие, в принципе, могли иметь место. Но на каких основаниях автор пишет, что его герой властолюбив, тщеславен, имеет вкус к интриге, жесток? А про женщин откуда? А все это — из того потока хрущевского черного пиара, который был вылит на Берия после его уничтожения. В самой книге Топтыгина, например, ни одного факта, подтверждающее это, не содержится. Риторика есть, а фактов — увы… Но ведь это «все знают» — так что подтверждать-то?
Что же касается того, что нет особых заслуг… Как — нет? А Грузия?!
В этом-то все и дело. Это только с первого взгляда кажется, что все просто. Что Сталин поставил грузинского Первого секретаря во главе НКВД по следующим причинам:
а) Берия предпринимал умелые шаги по строительству собственной карьеры и преуспел в этом;
б) Сталин, подбирая себе команду, в свою очередь возвысил и приблизил Берия, как подходящего ему человека.
А на самом деле, если вдуматься, то трудно придумать более странное назначение. И если, опять же, вдуматься — то стал ли для Берия переезд в Москву продолжением карьеры?
Почему это назначение — странное? К тому времени Берия — опытный хозяйственник. Он блестяще провел в Грузии экономическую реформу, выведя ее за семь лет из отсталой окраины в число передовых республик. Для Сталина, кто бы что ни говорил, экономика всегда была приоритетным направлением, все остальное — потом. Было бы логично, если бы Берия перевели в Совнарком — для начала министром какой-нибудь важной отрасли, через год-другой зампредом, опыта у него бы хватило, ума — тем более. С опытными и умелыми хозяйственниками было в то время очень плохо, люди, способные организовать производство чего бы то ни было, шли на вес золота, и даже по этой цене их было не найти.
И зампредом он в итоге стал, но через какое министерство?
Берия вдруг ставят на работу, которую он давно оставил и которую давным-давно перерос — в НКВД. Что за странное, варварское обращение с кадрами? Берия в НКВД — да это все равно что микроскопом гвозди забивать! Что, никого больше не было?
Не зря, ох, не зря почти во всех книгах про Берия обходится молчанием его работа в Грузии на посту Первого. Потому что, если не обойти эту тему, если не сделать из него обычного партийного аппаратчика, интригана и карьериста, то сразу становится ясно, что превосходный кадровик Сталин на этот раз поступил как плохой кадровик. Или же… или же мы чего-то не знаем.
И еще один вопрос обходится молчанием всегда и везде: во главе чего Сталин поставил Берия в 1938 году?
Метаморфоза «меча революции»С руководителями ВЧК — ОГПУ не везло с самого начала Ее создатель и первый председатель Феликс Дзержинский был очень сильным и волевым человеком и вроде бы хорошим организатором. Но он взвалил на себя огромную массу работы (по количеству постов его едва ли можно было с кем-нибудь сравнить) и оставил ВЧК на попечение своих заместителей. Его преемник, Рудольф Менжинский, был тяжело болен и работал, практически не покидая кабинета, да и там почти все время лежал. На то, чтобы в полной мере руководить вверенным ему ведомством, у него просто не хватало сил. И он, опять же, оставил ОГПУ на попечение заместителей.
Но теперь ситуация была другой. Если при Дзержинском все поползновения замов начать борьбу за власть и влияние внутри органов парализовались одним лишь взглядом «железного Феликса», едва тот появлялся в своем кабинете, то при куда более интеллигентном Менжинском они, еще при жизни шефа, уже затевали борьбу за его место. Их было несколько — но нас в первую очередь интересует тот, кто победил.
Генрих Ягода еще при Дзержинском стал заместителем председателя ОГПУ по административно-хозяйственной части. Он действительно оыл хорошим хозяйственником и организатором. При нем тюрьмы и лагеря содержались в образцовом порядке, силами ОГПУ велись стройки союзного значения. Но ведь ЧК не для того создавалась, чтобы строить каналы! А оперативную работу он знал плохо, и в этом поневоле зависел от тех из своих помощников, кто знал ее хорошо. А также нельзя сказать, чтобы он был сильной и крупной личностью, а это тоже важно.
Язвительный Троцкий характеризовал его так: «Ягода был очень точен, чрезмерно почтителен и совершенно безличен. Худой, с землистым цветом лица (он страдал туберкулезом), с коротко подстриженными усиками, он производил впечатление усердного ничтожества».
Еще хуже было то, что Ягода был непомерно самоуверен и тщеславен. Бывший чекист Михаил Шрейдер, работавший в органах с самой гражданской войны, вспоминал…