Отрывки из "Большого завещания" и баллады

 
Спор между Вийоном и его душою 
- Кто это? - Я. - Не понимаю, кто ты? 
- Твоя душа. Я не могла стерпеть. 
Подумай над собою. - Неохота. 
- Взгляни - подобно псу, - где хлеб, где плеть, 
Не можешь ты ни жить, ни умереть. 
- А отчего? - Тебя безумье охватило. 
- Что хочешь ты? - Найди былые силы. 
Опомнись, изменись.- Я изменюсь. 
- Когда? - Когда-нибудь. - Коль так, мой милый, 
Я промолчу. - А я, я обойдусь. 
- Тебе уж тридцать лет.- Мне не до счета.
 - А что ты сделал? Будь умнее впредь. 
Познай! - Познал я все, и оттого-то 
Я ничего не знаю. Ты заметь, 
Что нелегко отпетому запеть. 
- Душа твоя тебя предупредила. 
Но кто тебя спасет? Ответь.- Могила. 
Когда умру, пожалуй, примирюсь. 
- Поторопись.- Ты зря ко мне спешила. 
- Я промолчу. - А я, я обойдусь. 
- Мне страшно за тебя. - Оставь свои заботы. 
- Ты - господин себе. - Куда себя мне деть? 
- Вся жизнь - твоя. - Ни четверти, ни сотой. 
- Ты в силах изменить. - Есть воск и медь. 
- Взлететь ты можешь. - Нет, могу истлеть. 
- Ты лучше, чем ты есть. - Оставь кадило. 
- Взгляни на небеса. - Зачем? Я отвернусь. 
- Ученье есть. - Но ты не научила. 
- Я промолчу. - А я, я обойдусь. 
- Ты хочешь жить? - Не знаю. Это было. 
- Опомнись! - Я не жду, не помню, не боюсь.
 - Ты можешь все. - Мне все давно постыло. 
- Я промолчу. -А я, я обойдусь. 
 
Рондо 
Того Ты упокой навек, 
Кому послал Ты столько бед, 
Кто супа не имел в обед, 
Охапки сена на ночлег, 
Как репа гол, разут, раздет 
Того Ты упокой навек! 
Уж кто его не бил, не сек? 
Судьба дала по шее, нет, 
Еще дает - так тридцать лет. 
Кто жил похуже всех калек 
Того Ты упокой навек! 
 
Эпитафия, написанная Вийоном для него и его товарищей в ожидании виселицы. 
Ты жив, прохожий. Погляди на нас. 
Тебя мы ждем не первую неделю. 
Гляди - мы выставлены напоказ. 
Нас было пятеро. Мы жить хотели. 
И нас повесили. Мы почернели. 
Мы жили, как и ты. Нас больше нет. 
Не вздумай осуждать - безумны люди. 
Мы ничего не возразим в ответ. 
Взглянул и помолись, а Бог рассудит. 
Дожди нас били, ветер тряс и тряс, 
Нас солнце жгло, белили нас метели. 
Летали вороны - у нас нет глаз. 
Мы не посмотрим. Мы бы посмотрели. 
Ты посмотри - от глаз остались щели. 
Развеет ветер нас. Исчезнет след. 
Ты осторожней нас живи. Пусть будет 
Твой путь другим. Но помни наш совет: 
Взглянул и помолись, а Бог рассудит.
Господь простит - мы знали много бед. 
А ты запомни - слишком много судей. 
Ты можешь жить - перед тобою свет, 
Взглянул и помолись, а Бог рассудит. 
 
Баллада примет 
Я знаю, кто по-щегольски одет, 
Я знаю, весел кто и кто не в духе, 
Я знаю тьму кромешную и свет, 
Я знаю - у монаха крест на брюхе, 
Я знаю, как трезвонят завирухи, 
Я знаю, врут они, в трубу трубя, 
Я знаю, свахи кто, кто повитухи, 
Я знаю все, но только не себя. 
Я знаю летопись далеких лет, 
Я знаю, сколько крох в сухой краюхе, 
Я знаю, что у принца на обед, 
Я знаю - богачи в тепле и в сухе, 
Я знаю, что они бывают глухи, 
Я знаю - нет им дела до тебя, 
Я знаю все затрещины, все плюхи, 
Я знаю все, но только не себя.
Я знаю, кто работает, кто нет, 
Я знаю, как румянятся старухи, 
Я знаю много всяческих примет, 
Я знаю, как смеются потаскухи, 
Я знаю - проведут тебя простухи, 
Я знаю - пропадешь с такой, любя, 
Я знаю - пропадают с голодухи, 
Я знаю все, но только не себя.
Я знаю, как на мед садятся мухи, 
Я знаю смерть, что рыщет, все губя, 
Я знаю книги, истины и слухи, 
Я знаю все, но только не себя. 
 
Г. К. Косиков. 
О литературной судьбе Вийона 
Косиков Г.К. О литературной судьбе Вийона // Вийон Ф. Стихи: Сборник / Составление, вступительная статья и комментарии Г.К. Косикова. - М.: ОАО “Радуга”, 2002. – С. 374-483. (Номера страниц указаны в квадратных скобках.) 
Хотя ныне Вийон прославлен далеко за пределами Франции, путь к этой славе был нелегким и занял почти четыре столетия. 
Вийон необычен уже для своей собственной эпохи: на современную ему поэзию он не оказал значительного влияния. Показателем здесь может служить количество реминисценций из Вийона у авторов XV века. То, что таких реминисценций мы не находим у “серьезных” поэтов, еще не удивляет: пародийная направленность стихов Вийона была, очевидно, вполне ясна в ту эпоху. Однако же и авторы комических произведений (такие, как Анри Бод, Гийом Кокийяр) парафразировали Вийона достаточно скупо: отдельные выражения, обороты - не больше. Причина, вероятно, в том, что пародии Вийона были истолкованы в духе привычных норм бурлеска и буффонады, а с этой точки зрения он должен был представляться хотя и одаренным, но не очень оригинальным поэтом; ему могли отдавать должное, но вряд ли находили законным признавать в нем “мэтра” в эпоху повсеместного и бурного расцвета самых различных жанров “вывороченной поэзии”.