Избранное
Часть 77 из 85 Информация о книге
361. ИЗ «БОЛЬШОГО ЗАВЕЩАНИЯ»
Для матери молитва скреплена,Чтоб прославлять Заступницу отныне,Бог знает, сколько вынесла она,Простая женщина, скорбя о сыне.Нет мне убежища, иной твердыни!Но плоть мою и душу может ограждатьСредь множества печалей и унынийСтаруха бедная — и это мать!362. БАЛЛАДА, КОТОРУЮ ВИЙОН НАПИСАЛ СВОЕЙ МАТЕРИ, ЧТОБ ОНА ПРОСЛАВЛЯЛА БОГОРОДИЦУ
Небесная царица и земная,Хранительница преисподних вратИ госпожа заоблачного края,Прими убогую в свой райский сад,Где дети славословят и кадят.Я, грешная, жила не так, как надо.Я, нерадивая, прошу пощады.Грехов изведала я злую сеть,Но ныне к деве обращаю взгляды —Хочу в сей вере жить и умереть.Ты сыну своему скажи — темна я,Чтоб он не оттолкнул меня назад.Так Магдалину принял он, прощая,И так монаха, что грешил стократ,Продавши черту душу, выпив ядВсей дьявольской науки и услады,Простил он, добрый пастырь злого стада.Заступница, моли его и впредьТы, лилия невидимого сада.Хочу в сей вере жить и умереть.Я женщина убогая, простая.Читать не знаю я. Меня страшатНа монастырских стенах кущи рая,Где блещут арфы, и под раем ад,Где черти нечестивцев кипятят.Сколь радостно в раю, сколь страшно адаСреди костров, и холода, и глада!К тебе должны бежать и восхотетьТвоих молений и твоей ограды.Хочу в сей вере жить и умереть.ПОСЛАНИЕТы, матерь божия, — печаль и страда!Твой сын оставил ангелов усладу,За нас он принял крест, и бич, и плеть.Таков он, и в такого верить рада,Хочу в сей вере жить и умереть.363. ЧЕТВЕРОСТИШИЕ, КОТОРОЕ НАПИСАЛ ВИЙОН, ПРИГОВОРЕННЫЙ К ПОВЕШЕНИЮ
Я Франсуа — чему не рад!Увы, ждет смерть злодея,И, сколько весит этот зад,Узнает скоро шея.Ронсар
364. «Старухой после медленного дня…»
Старухой после медленного дня,Над пряжей, позабывши о работе,Вы нараспев стихи мои прочтете:Ронсар в дни юности любил меня.Служанка, голову от сна клоняИ думая лишь о своей заботе,На миг очнется. Именем моим вспугнетеВы двух старух у зимнего огня.Окликнете — ответить не сумею;Я буду мертвым, под землей истлею.И, старая, вы скажете грустя:«Зачем его любовь я отвергала?»Вот роза расцветает, час спустяЕе не будет — доцвела, опала.Иоахим дю Белле
365. «Голубка над кипящими валами…»
Голубка над кипящими валамиНадежду обреченным принесла —Оливы ветвь. Та ветвь была светла,Как весть о мире с тихими садами.Трубач трубит. Несет знаменщик знамя.Кругом деревни сожжены дотла.Война у друга друга отняла.Повсюду распри и пылает пламя.О мире кто теперь не говорит?Слова красивы, и посулы лживы.Но я гляжу на эту ветвь оливы:Моя надежда, мой зеленый щит,Раскинь задумчивые ветви ширеИ обреченным ты скажи о мире!366. «Уж ночь на небо выгоняла стадо…»
Уж ночь на небо выгоняла стадоСвоих блуждающих косматых звезд,И ночи конь, вздымая черный хвост,Уж несся вниз, в подземную прохладу.Уж в Индии, встревожены и рады,Перекликались сонмы сонных звезд.Всё розовело. Трав был слышен рост.Туманов плотных дрогнула ограда.Тогда, вся в жемчуге, светясь, горя,Вдруг показалась новая заря.И день, пристыжен смутным ожиданьем,Далекой Индии большой ВостокИ пыль анжуйских голубых дорогЗалил своим как бы двойным сияньем.367. «Увидев Рим с холмами неживыми…»
Увидев Рим с холмами неживыми,Безмолвствует в смятенье пилигрим:Нагромождение камней пред ним.Напрасно Рим найти он тщится в Риме.Был пышен Рим и был непобедим,Он миром правил. В серо-синем дыме —Обломки славы, щебень. Где же Рим?Уж Рима нет, осталось только имя.Он побеждал чужие города,Себя он победил — судьба солдата.И лишь несется, как неслась когда-то,Большого Тибра желтая вода.Что вечным мнилось, рухнуло, распалось,Струя поспешная одна осталась.368. «Повсюду славен, повсеместно чтим…»
Повсюду славен, повсеместно чтим,С поверженными, праздными богами,С убогим мусором в разбитом храме,Нам открывается великий Рим.Был блеск его уму непостижим,Беседовали башни с небесами.И вот, расщеплен, он лежит пред нами,Он нас томит ничтожеством своим.Где слава цезарей, рабов работа,Побед кровавых пышные ворота,Героев рой, бессмертия ключи?Всё унесли века. Страшней нет власти.Я говорю себе: коль эти страстиИспепелило время, промолчи.