Пропавшее сокровище

- Ваш спутник организовал покушение на профессора Стрелецкого. У меня есть доказательства. А оба вы шантажировали гражданина Тараканцева. 
- Чепуха! - с оскорбленным видом воскликнул Кортец, но тем не менее сунул руку в карман и протянул Рудневу крохотный ножичек-несессер в замшевом футляре. 
- Вот все мое оружие. Я никогда не ношу при себе много металла. 
- Оставьте это у себя, - сказал Руднев и пристально взглянул на Джейка. 
Тот стоял не шевелясь и угрюмо смотрел в землю. 
- Господин Бельский, вы слыхали мое приказание? 
Джейк медленно достал из карманов большой складной нож и браунинг и подал их Рудневу. 
- Это все? 
Кортец усмехнулся и процедил сквозь зубы: 
- У него есть еще водородная бомба, но он забыл ее дома. 
- Я думаю, что господин Бельский и от водородной бомбы скоро избавится, - с иронической улыбкой сказал Руднев. - Я прошу вас, господа, пройти за мной в районное управление милиции. 
- А потом? - с тревогой спросил Кортец. 
- А потом вам, господин Кортец, надо будет немедленно вернуться в Москву самостоятельно, а с господином Бельским мы поедем туда имеете... 
Они направились к выходу из монастыря. К Кортецу уже вернулось ровное настроение. "Что ж, - рассуждал он, - с охоты за сокровищами Ивана Грозного я возвращаюсь с пустым ягдташем. Но скоро я, несомненно, вновь буду в Париже... Это лишь очередная неудача, вроде истории с Коптским евангелием... 
Они приблизились к надвратной церквушке. Сказочная "Царевна Лебедь" удивленно смотрела на них узкими бойницами-окнами. Кортец взял в руки фотоаппарат и спросил, обращаясь к Рудневу: 
- Разрешите сфотографировать этот шедевр русского зодчества? 
Руднев пожал плечами: 
- Пожалуйста! 
- Мне надо хоть как-то возместить убытки, - пояснил Кортец и щелкнул затвором. - Я в Париже организую фотовыставку оригинальных росписей Дионисия и неизвестного миру монаха Александра, которые я увидел здесь, а также образцов русского древнего зодчества... 
- Вот и занимались бы этим, господа, - искренне посоветовал Руднев. 
- Не знаю, как другие иностранные гости, господин майор, - ответил Кортец, - но я прежде всего деловой человек, я занимаюсь тем, что сулит мне наибольшую прибыль. 
Он взглянул на Джейка. У того был вид человека, хлебнувшего уксусу, настоенного на хрене. 
- Не унывайте, Джейк! Вспомните о вашем контракте с трестом. 
- Убирайтесь к черту! - злобно крикнул Джейк. 
ЛАБИРИНТ 
Позади церкви Иоанна Предтечи было "царство дремучих трав" - там буйно разрослись полынь, репейник, одичалая конопля. В этих зарослях мог скрыться стоящий во весь рост человек. И там, позади церкви, в пахучих травах, в ясной тени печальных деревьев, среди вековечной тишины стояла заброшенная усыпальница князей Бельских, та самая, куда позавчера ночью на глазах у Волошина скрылся старый монастырский сторож. Над глубоким склепом ее возвышалась небольшая часовня. Может быть, когда-нибудь эта часовня выглядела вполне сносно, но годы сделали свое дело: зеленая крыша ее побурела и провалилась, штукатурка стен и маленьких колонн облупилась, а железные решетки замысловатого рисунка на окнах и двери заржавели... 
Русские старинные зодчие не уделяли столько внимания гробницам и мавзолеям, сколько уделяли надгробным сооружениям зодчие и ваятели Ренессанса, строители пирамид, мавзолея Тадж-Махал и подобных сооружений. Усыпальница князей Бельских служила тому ярким доказательством. Она была очень скромна и очень печальна. Как впавшая в нищету старенькая барыня, стояла она на задворках древнего монастыря, дивясь невиданному скоплению людей вокруг... А люди эти уже два часа бесцеремонно заглядывали в ее окна, окликали кого-то скрывшегося в гробнице и много говорили. Здесь были Волошин, Тася и профессор Стрелецкий, директор монастыря-музея Анышев и несколько милиционеров. Трое первых были очень взволнованы необычайными событиями и оживленно обсуждали все, что случилось в монастыре в тот день... 
Запершийся в гробнице старый сторож не откликался, и, устав звать его, милиционеры расспрашивали Анышева об усыпальнице князей Бельских. 
Директор монастыря-музея до своего появления в Сиверске служил где-то управдомом, на занимаемую им должность он попал случайно и не скрывал своего удивления по поводу забот советской власти о старинных церквах и "никому не нужных" крепостных сооружениях. Чувство тревоги за бесполезность своего дела никогда не покидало его... 
- Гробница эта заприходована по нашим книгам и документам как сооружение, не имеющее исторической ценности, - пояснял он окружавшим его московским гостям и милиционерам. - По этой причине ни в какие сметы по ремонту она не попадает. Однако по тем же документам значится, что в 1915 и 1916 годах приезжал сюда из Петербурга какой-то князь Бельский и занимался ремонтом и реконструкцией указанной гробницы. При этом земли в озеро было вывезено несметное количество... 
Рассказ Анышева был прерван появлением Руднева и начальника сиверской милиции. Тася, Волошин и профессор засыпали майора вопросами. Руднев сообщил, что Кортец дал важные показания и спешно уехал в Москву, а Джейк Бельский должен дождаться своего сообщника по покушению, Платона Бельского, и поедет в Москву вместе с ним, Рудневым. 
- Да, кстати! - добавил майор. - Оказывается, Джейк Бельский - родной племянник князя Платона Бельского. Он сын русского белоэмигранта. 
- "Сколько их, куда их гонит!" - насмешливо воскликнул Волошин. Бельские лежат тут рядом, в гробах, их потомок полез в гробницу, не дождавшись смерти, а еще один Бельский, чтобы составить им компанию, примчался специально из Америки. 
- А что с князем-сторожем? - спросил Руднев. - Подает ли он хоть признаки жизни? 
- Молчит. Не умер ли он от инфаркта? - нерешительно сказала Тася. 
Хотя Платон Бельский состоял в заговоре с Джейком, ей все же было жалко этого одинокого старика, которого любила когда-то прекрасная женщина. 
- Ну что ж, придется вскрыть дверь, - решил Руднев. - Да! Я забыл передать вам, профессор, один интересный экспонат, обнаруженный при обыске у Джейка Бельского. Не объясните ли вы нам, что это такое?