Я ищу тебя

– О, Джини! Когда же ты поймешь, что карьера – это не все, что быть знаменитостью не самое нужное? Да, Фелиция сделала для меня очень много, и я всегда буду благодарен ей за это. Она мне нравится, но люблю-то я тебя. Мне нужны вы с Мелани. Если бы мы могли жить все вместе, я был бы счастливейшим человеком на земле.
– И мне ты нужен. Просто я считала себя слишком ординарной, совсем чужой в твоем мире. Я думала, что Фелиция как раз такая женщина, какая тебе нужна, и, если я уйду, вы вновь соединитесь.
– Единственная женщина, которая мне нужна, – это ты, Джини, и ты совсем не ординарная. Твоя любовь ко мне делает тебя необыкновенной. Ведь она длится уже тринадцать лет, так? Кто еще мог бы так долго любить меня?
– Я не могла не любить тебя.
– Джини, быть знаменитым – совсем не самое главное в жизни, хотя без этого артисту тоже непросто. Все зависит от того, какой ты человек. Ты такая красивая и страстная, такая любящая и нежная. Никто не способен на такую привязанность и преданность, как ты. Благодаря тебе моя жизнь становится богаче, и едва ли я смогу отплатить тебе за это. Вот что необыкновенно, любовь моя!
Их глаза встретились, и Джини почувствовала себя абсолютно счастливой. Она сама решит, как ей жить. Может быть, она поступит в Калифорнийский университет и будет изучать кинопроизводство, но это в будущем. А сейчас ей хватит любви Джордана.
Джордан завладел ее руками, словно из боязни, что она исчезнет, и нежно сказал:
– Наверное, хорошо, что мы потеряли друг друга на целых тринадцать лет. Первые годы, после того как я стал певцом, у меня была не жизнь, а гонки с препятствиями, это могло разбросать нас в разные стороны. А теперь я достиг такого положения, что сам могу ставить условия. Если не хочу, то могу не ехать в турне. Если тебе не нравится Малибу, мы можем жить там, где ты захочешь.
– Малибу мне нравится. Мне все равно, где жить, лишь бы с тобой.
Он так внимательно посмотрел на нее, что ей показалось, будто он читает в ее душе.
– Я хочу, чтобы ты опять стала моей женой и на этот раз ответила «да».
Она тихо и радостно рассмеялась:
– Само собой разумеется.
И это были последние слова, которые они произнесли. А потом наступило молчание.
Его твердые губы опять подчинили ее себе, и ему было нужно гораздо больше, чем поцелуй…