Женская зависть, или Как избавиться от соперниц
– Но это не Ольгин вариант. Она из тех, кто сделала себя сама.
– Нет таких баб, которые делают себя сами.
– А я говорю тебе, что они есть. Не все в этой жизни при помощи мужиков и их животных инстинктов строится. И почему у нас все считают, что если женщина достигла определенных высот, то она с кем-то переспала? Не у всех карьера через постель строится. Каждому в этой жизни свое.
– И все равно она страшная, – никак не могла успокоиться первая.
В ее голосе было столько ненависти, что мне стало не по себе. Я не понимала, за что меня можно так ненавидеть и что я сделала этой девице плохого. Слушая ее, можно подумать, что я хлеб у нее отбираю или увела ее мужика. Если я не ошибаюсь, то ей плохо от одного того факта, что Я ЕСТЬ. Что я живу, дышу и хожу по этой земле…
– Дай-то бог, чтобы в ее возрасте мы с тобой выглядели точно так же.
– Если у нас будут такие же деньги, то мы будем выглядеть еще лучше. Да мы и без денег будем выглядеть еще лучше, чем она со своими деньгами, – не на шутку разошлась первая. – Что ни говори, а она уже почти ваганьковская. Без году неделя бабка, как бы она ни старалась держать себя в форме и ни вкладывала бабки в свою рожу и стареющую целлюлитную фигуру, возраст все равно изо всех щелей прет.
– Ну что ты так на нее взъелась! Сейчас нам чуть больше двадцати. Я же тебе говорю: посмотрим, как мы будем выглядеть в сорок пять. И все-таки дело тут не только в деньгах, но и в ее отношении к жизни. У нее есть чему поучиться.
– Послушай, а ты не знаешь, почему у нее до сих пор детей нет и, понятное дело, что уже не будет?
– Понятия не имею. Наверно, с ней что-то не так. Всякое в этой жизни бывает.
– Бесплодная, наверно. Хотя с такими деньжищами могла бы ребенка из детского дома взять и подарить ему счастливое детство.
– Согласна. И кому после ее смерти все это бабло достанется?
– Родственники, скорее всего, есть. Наверно, именно поэтому ее муж трахает все, что шевелится, и гуляет направо и налево. Ведь она настолько зациклена на своей карьере, что не нашла времени для того, чтобы родить ему ребятенка. Он и живет-то с ней, скорее всего, из-за ее бабок. Вон, Верка из финансового отдела говорила, что он к ней приставал. Взял у нее номер телефона и потом достал звонками.
– И часто звонил?
– И днем, и ночью.
– А Верка что?
– Ты что, Верку не знаешь? Она же собственной тени боится. Взяла и номер своего телефона поменяла. Объяснила это тем, что боится лишиться работы. Должность хорошая, хлебная, а будешь спать с мужем начальницы – рано или поздно с работы вылетишь. Сама знаешь, что мир не без «добрых» людей.
– Вот и правильно Верка сделала. На фиг ей этот старый козел.
– Да не такой уж он и старый. Ему под пятьдесят, а гляди, как у него глаз горит. Сразу чувствуется, что есть еще порох в его пороховницах. Хотя этот Стасик так себя ведет, словно ему женка и не дает вовсе. Даже если и дает, то сама понимаешь, когда столько лет прожито, это воспринимается как супружеский долг и не больше. У него у самого-то уже, наверно, только на молодых встает. Кстати, а я бы с этим Стасиком переспала, и не раз.
– Зачем тебе это надо? Что с него взять? Старый похотливый козел.
– Хочешь сказать, все деньги в руках жены? Он сам на халяву прижился? Вот бы мы со Стасом и трахались за Ольгин счет. Мы со Стасом в постель музыку заказываем, а Ольга Петровна платит!
Девушки дружно рассмеялись, я тут же вежливо извинилась, отошла от своей приятельницы и, взяв у проходящего мимо официанта с подноса новый бокал шампанского, подошла к ним.
– Ольга Петровна, поздравляем с днем рождения! – восторженно заговорили полупьяные девушки. – Вы сегодня просто великолепны. Ваша красота затмила всех гостей в этом зале.
Девушки преданно смотрели мне в глаза и заметно нервничали, переминаясь с ноги на ногу.
– Девочки, вы у меня из какого отдела? – ледяным голосом спросила я.
– Ольга Петровна, да мы в отделе маркетинга работаем.
– Ах да, я смотрю – лица знакомые. Тогда давайте выпьем. – Я подняла свой бокал и посмотрела на девушек пронзительным взглядом.
Девушки заулыбались и вслед за мной тоже подняли свои бокалы.
– Девочки, я хочу выпить за ваше увольнение, – произнесла я.
– За что??? – дружно спросили меня мои сотрудницы.
– За увольнение, дорогие мои. В общем, так: вы уволены сегодняшним числом. Завтра можете с утра приехать в компанию, собрать свои манатки и убирайтесь прочь. Чтоб духу вашего в моей компании больше не было. Моя служба охраны обязательно проконтролирует этот процесс. А сейчас можете выпить и повеселиться за мой счет. На халяву, потому что с вашим отношением к жизни вполне возможно, что у вас такой халявы больше не будет. Так что жрите и пейте побольше, мои дорогие. Сегодня я добрая, пользуйтесь моей благосклонностью.
В тот момент, когда я стала пить шампанское, девушки захлопали глазами и растерянно спросили:
– Ольга Петровна, за что???
– За то, что вам чуть больше двадцати, а мне сорок пять, – с вызовом ответила я и, плавно покачивая бедрами, направилась к другим гостям.
Я разговаривала с гостями и пыталась убедить себя, что все хорошо. Еще раз взглянув на своих бывших сотрудниц, я улыбнулась и отметила про себя, что они принялись усиленно пить. Пусть пьют за мой счет. Мне не жалко… Сегодня мне ничего не жалко.
Чем больше я ходила по залу, тем все чаще и чаще слышала за своей спиной шепот:
– Она потрясающе держится. И это в ее-то годы…
– Ее возраст выдает шея. На ней уже видны глубокие морщины…
– Послушай, а Ольга Петровна неплохо выглядит. Смотри, с каким глубоким декольте платье надела. Грудь слегка обвисла, но она все равно молодится.
– Как ты думаешь, она сделала пластику или это просто «Ботокс»?
– Эх, мне бы ее деньги! Мне только восемнадцать, и у меня все впереди. Но финансы поют романсы. Даже повышение заработной платы и то не светит. Говорят, что с Ольгой можно говорить о чем угодно, но только не о повышении зарплаты. Она этого жуть как не любит. Ей уже сорок пять, и у нее все позади. Зато бабла море. Зачем ей оно? В гроб же все равно с собой все не унесешь. Детей нет. Кстати, интересно, почему у нее нет детей? Вот бы она меня удочерила… Наверное, она мечтает о моих годах, а я мечтаю о ее деньгах. Но если быть откровенной, я бы никогда не хотела обменять свои годы на ее деньги. А она бы вот явно хотела.
– Наша Олюшка Петровна в свои сорок пять – баба ягодка опять. Но, как ни крути, годы все же берут свое. Ей уже никогда не выглядеть на двадцать. Пусть лицо еще можно подтянуть, но дряблое тело ничем не исправишь.
Я шла с бокалом в руке и мысленно внушала себе, что все хорошо. Боже, это просто ЖЕНСКАЯ ЗАВИСТЬ. Пусть говорят… Пусть завидуют… Пусть шепчутся за спиной… В конце концов, я не могу уволить весь свой коллектив…
Возраст здесь ни при чем. Красивая женщина как дорогое вино. Она с каждым годом все желаннее и привлекательнее. Просто у нас очень не любят красивых и успешных, поэтому и начинают искать в них изъяны. Всем глубоко наплевать, какой ценой достался мне этот успех. Пусть завидуют, пусть насмехаются, пусть ненавидят. Они же, сами о том не подозревая, делают меня сильнее. Я сильная, и если надо будет, то я уволю всех сотрудников компании и наберу себе новых. Какие проблемы… Было бы желание…
Глава 2
Отвечая на фальшивые улыбки точно такой же улыбкой, я вновь посмотрела на танцующие пары и подумала о том, что я уже давно не видела Стаса. Странно, куда это он подевался? Никогда не поверю тому, что говорили про него те две уже бывшие сотрудницы. Я не принадлежу к тому типу женщин, которые верят сплетням о своих мужьях, затем учиняют скандал и начинают сами изводить себя своей ревностью. Я выше всего этого. Я слишком хорошо знаю своего мужа. Люблю, уважаю и знаю, что мой муж любит и уважает меня. Я не верю тому, что его могут интересовать другие женщины, кроме меня, потому что в течение этих двадцати лет делаю все возможное, чтобы его интерес ко мне не угас. Мы не просто муж и жена. За годы нашего супружества мы стали по-настоящему родными людьми.