Мэри-Роз

Мэри-Роз. О, замечательно! 
Гарри. Только одно мне ясно: ты, наконец, заполучила то, что искала, но ты слишком устала, чертовски устала: и узнать-то не в силах, и уже все равно тебе. Что тебе нужно теперь, так это вернуться туда, где, как ты говоришь, так чудесно, чудесно. 
Мэри-Роз. Да, да. 
Гарри. Похоже, это на Небесах, или где-то рядом. (Она хочет, чтобы Гарри отыскал для нее это место.) Странно: ты знаешь так много, но ничего не можешь рассказать, а те, кто ничего не знают, могут рассказать так много. Если бы был какой-нибудь способ отправить тебя в то замечательное место! 
Мэри-Роз. Расскажи. 
Гарри (в отчаянии). Если бы ты была Ему нужна, Он бы, верно, прислал за тобою. 
Мэри-Роз (убито). Да. 
Гарри. Похоже на то, что Он позабыл о тебе. 
Мэри-Роз. Да. 
Гарри. Похоже на то, что никому ты не нужна: ни там, ни тут. 
Мэри-Роз. Да. (Вставая.) Нехороший человек, злой. 
Гарри. Меня обзывать легко, но все это выше моего понимания. Я бы для тебя все на свете сделал, но простой человек так беспомощен. Ну откуда мне подобным знать, как быть с призраком, что сбился с пути на земле? Я вот думаю: может быть, дело в том, что ты нарушила какой-нибудь закон, ну, вернувшись ради... ради этого Гарри? Если это так, пора бы Ему и простить тебя. 
Мэри-Роз. Да. (Гарри выглядывает в открытое окно.) 
Гарри. Какая ночь звездная! Добрые старые светильнички, им-то наверняка все ведомо, но сдается мне, ты для них слишком ничтожно мала, чтобы они протянули тебе руку помощи. 
Мэри-Роз. Да. (Снова слышится зов, но теперь в нем нет ничего сверхъестественно-жуткого. То божественная музыка, она зовет: "Мэри-Роз, Мэри-Роз", - сперва шепотом, но скоро так громко, что для того, кто слышит, этот напев заглушает все прочие земные звуки. "Мэри-Роз, Мэри-Роз". Звук обволакивает ее, и маленький измученный призрак понимает, что ее долгий день окончен. Лицо Мэри-Роз сияет. Самая маленькая звездочка падает с неба, словно это звезда Мэри-Роз, посланная за нею, и, доверчиво протянув к ней руки, Мэри-Роз выходит сквозь открытое окно в эмпиреи. Музыка исчезает вместе с нею. Гарри ничего не слышит, но знает, что каким-то образом на молитву ответили.) 
Конец