Долг и страсть

— Мы что-нибудь поедим? — через некоторое время спросил он, заметив, что к ним приближается одна из стюардесс, та, что повыше ростом.
Мей вспомнила, что сказал Саид в ресторане. Еще никогда она с таким отвращением не думала о еде, но отказаться — значило бы, конечно, обидеть его шеф-повара.
— Да, пожалуй.
— И мы будем пить мятный чай, — распорядился Саид.
— Сэр. — Блондинка почтительно склонила голову.
Стюардессы начали сервировать низкий круглый столик. Мей любовалась бронзовыми блюдами с гравированным орнаментом, разноцветьем и разнообразием содержащейся в них снеди. Крошечные порции радовали глаз и возбуждали аппетит.
— Вам нравится? — спросил Саид, предложивший ей только что крошечный пирожок, приправленный сыром и политый сиропом, сопротивляясь огромному желанию покормить ее из рук, с тем чтобы потом она начисто облизала его пальцы.
— Я никогда прежде не пробовала ничего подобного. — Она впилась в него зубами. — Ммм… Пальчики оближешь!
— Пальчики оближешь? — Саид улыбнулся, наслаждаясь тем, с какой неосознанной чувственностью она ест. — В таком случае у вас впереди масса удовольствий, Мей. — Голос его дрогнул, когда он подумал о высшем удовольствии, которое она разделит с ним.
Что-то в его интонации заставило Мей забыть о еде и поднять голову — она немедленно оказалась в плену черных сверкающих глаз. Она положила недоеденный пирожок на тарелку, чувствуя, что руки вот-вот задрожат.
Он ни к чему даже не прикоснулся, удивилась Мей. И в этот самый момент Саид лениво вытянул длинные ноги, и вид мускулистых бедер, которые обрисовал шуршащий шелк, показался ей определенно неприличным.
— Вас что-то тревожит, Мей? — спросил он.
— Ничего, — солгала она и перевела взгляд на его грудь, но легче от этого не стало. Она вдруг обнаружила, что пытается представить, как выглядит его торс без этих шелковых покровов — наверняка твердый, смуглый, с немного блестящей, как атлас, кожей. — С-совсем ничего.
Он заметил ее внезапный румянец и потемневшие глаза. Я мог бы сейчас попросить всех освободить салон, с жаром подумал Саид. И быстро овладеть ею, пока голод не стал невыносимым.
Но что, если она станет громко кричать от удовольствия? Рыдать от переполняющего ее восторга, как это делали все женщины в его объятиях? Неужели он хочет, чтобы прислуга обменивалась многозначительными взглядами, подслушивая под дверью, за которой он занимается неистовой, страстной любовью с пленившей его американкой?
— Поешьте еще, — хрипловато предложил он.
— Я… я сыта.
— Тогда я распоряжусь, чтобы убрали тарелки…
— И расскажете мне все о вашем сталелитейном заводе, хорошо? — быстро вставила она, поскольку это смогло бы по крайней мере успокоить ее разыгравшееся воображение.
О заводе? Снова откинувшись на подушки, он бросил на нее недоумевающе-насмешливый взгляд. Никогда еще женщины не удивляли его так, как Мей Хадсон, а чувство удивления было для него внове.
— Вы этого хотите? — мрачным голосом спросил он.
— Больше всего на свете! — горячо подтвердила Мей, но сомнение, мелькнувшее в черных глазах, подсказало ей, что оба знают, что она лжет.
Он говорил долго, увлеченно, со знанием дела, и Мей время от времени встревала с вопросами. Когда она в первый раз спросила его о чем-то, он поднял брови с таким видом, что любого человека это заставило бы сначала замереть, а затем отступить.
— Я должна спросить у вас об этом, — терпеливо объяснила Мей, напомнив себе: это не его вина, что люди обычно благоговейно внимают каждому его слову.
— Весьма дельный вопрос, — признал он скороговоркой.
— Вы опять говорите со мной свысока! — упрекнула его Мей.
— Я вовсе не собирался этого делать, поверьте мне!
Она сделала паузу, не решаясь задать вопрос, который ей хотелось задать больше всего, и ругая себя за несвойственное ей отсутствие смелости.
— Саид…
Он прищурился, инстинктивно почувствовав, что речь пойдет уже не о сталелитейном заводе.
— Да? — мягко подбодрил он ее.
— Почему именно меня вы решили нанять для этой работы?
Его губы изогнулись в медленной, почти жестокой улыбке.
— Я должен был заполучить вас.
Мей застыла.
— Вы хотите сказать…
Он покачал головой.
— Мне сообщили, что вы лучший специалист в своей области. Я уже говорил вам об этом.
— Спасибо.
— Вы также спрашивали меня, не нанял ли я вас для того, чтобы соблазнить.
Обычная твердость отчасти вернулась к ней, и Мей не дрогнула под его насмешливым взглядом.
— Но вы неизменно уходили от ответа, да, Саид?
— Разве?
— Вы знаете, что это так.
Он с любопытством взглянул на нее и пожал плечами.
— Не буду отрицать, что нахожу вас красивой, или что хотел бы видеть вас в моей постели, но…
Она втянула в себя воздух, испытывая глубокое потрясение и одновременно возбуждение. Мужчины, которых она знала, не говорили подобных вещей!
— Но — что?
— Спать со мной — вовсе не непременное условие контракта.
— Но, видимо, я получу дополнительную выгоду, если все-таки поддамся вашим чарам? — легкомысленно спросила она.
Лицо Саида потемнело, и он едва не привлек ее к себе, чтобы наказать поцелуем, который навсегда отобьет охоту насмехаться над ним. Но он вовремя остановился, утешив себя мыслью о том, как сладка будет победа в этой затянувшейся битве!
— Скажем так, — ласково предупредил он, — как мужчина, я попытаюсь соблазнить вас. Ни один эльджарец, в чьих жилах течет кровь, не поступил бы иначе. — Последовал долгий сверкающий взгляд. — Но вы имеете полное право отказать мне.
Мей смотрела на него и понимала: несмотря на то, что его слова приправлены изрядной долей хвастовства, ни одна женщина, которую Саид хотел завлечь в постель, не могла противостоять ему.
А Мей всю жизнь приходилось противостоять мужчинам, которые рассматривали ее только как ценный трофей. Что ж, поживем — увидим, Саид! — подумала она.
Саида заинтриговал вид на мгновение воинственно вздернутого маленького подбородка, и желание вспыхнуло с новой силой. С трудом подавив его, он бросил взгляд на часы.
— Скоро мы сядем для дозаправки в Лондоне. А через пару часов будем в Эль-Джаре.
  
6
 
Солнечные блики плясали на бирюзовой водной поверхности, и Мей словно зачарованная следила за ними.
— Вода! — воскликнула она; при виде красоты внизу все только что узнанные факты об этой стране моментально вылетели из головы. — Но я думала…
— Что отправляетесь в пустынные, бесплодные земли, где на сотни миль не сыщешь ни капли воды? — усмехнулся он. — Это Персидский залив, Мей. Эль-Джар имеет выход к его западному побережью.
— О, как красиво!
— Похоже, все, связанное с Эль-Джаром, кажется вам красивым, — снисходительно заметил он.
— Но так и есть!
Как восхитительно искренне звучит ее признание и как сияют глаза! — изумился Саид.
— Застегните ваш ремень, — ласково произнес он. — Из-за перепадов температур возможны воздушные ямы.
Но в результате посадка в Эль-Джаре прошла столь же спокойно и гладко, как взлет. И когда самолет подруливал к зданию аэропорта, Мей увидела множество людей в развевающихся на ветру одеждах, стоящих в одну линию.
— Ого, да тут целая депутация, — заметила она.
Саид склонился над ней и посмотрел в окно, и у Мей закружилась голова от знакомого аромата сандалового дерева.
— Я выйду один, — сказал он. — Если хотите, можете пока освежиться.
— Значит, вы не желаете, чтобы вас видели со мной, Саид? — язвительно спросила она. — Может быть, вы собираетесь вынести меня из самолета завернутой в одеяло?
Саид спросил себя, представляет ли она, какая великая честь оказана ей — сопровождать его в этой поездке! Если бы это был кто-нибудь другой, они летели бы разными рейсами. Но он не хотел рисковать, боясь, что Мей откажется приехать…
— Вряд ли вы захотите стать объектом самых диких предположений, которые неизбежно вызовет ваш вид. — Его голос звучал сухо. — Чем меньше мы будем афишировать ваше присутствие, тем меньше пищи дадим злым языкам.