Городская девчонка и ковбой

Кэлеба словно ножом полоснуло по сердцу. Господин? Хозяин? И это о нем, который хочет только, чтобы все шло гладко? 
- Ну, если вы не можете мало-мальски соблюдать дисциплину... 
Она стремительно повернула к нему покрасневшее от возмущения лицо. Ее зеленые глаза метали искры. 
- Дисциплину?! - воскликнула Алексис, задыхаясь. - Да вы просто хотите свести меня с ума! 
Наоборот, это она сводит его с ума. И это у нее прекрасно получается. Стоит в трех сантиметрах от Кэлеба и продолжает изливать свое возмущение, а он чувствует ее горячее дыхание. Гордая, сильная женщина. Умопомрачительно прекрасная, необыкновенная. Словно дерево под бешеным напором ветра. Кэлеб, сам не понимая, что делает, наклонился, схватил ее за плечи, притянул к себе и впился губами в ее губы. 
Глава 4 
Алексис была ошеломлена страстностью этого поцелуя. Она никогда не испытывала недостатка во внимании со стороны мужчин и даже однажды была помолвлена, но еще никогда и ни с кем такого не было. Внутри нее все дрожало. Она понимала и раньше, что постоянная раздраженность Кэлеба объясняется его внутренней борьбой против влечения к ней. Однако влечение это было обоюдным... 
В те короткие мгновения, когда Алексис стояла вот так, уцепившись за его плечи словно за спасательный круг, чувствуя тяжелые удары его сердца, глядя в его потрясенные глаза, она вдруг подумала, что, наверное, это не слишком удачное решение - жить вместе в одном доме. Его тянет к ней. Ее тянет к нему. И оба борются с этим влечением. 
Не успела она так подумать, как в комнату вошел Терри. Они отскочили друг от друга, словно застигнутые врасплох подростки. Тут появился Карлос и включил пылесос. 
Дом наполнился гулом, отвлекая от ненужных мыслей. 
Алексис сглотнула. Ничего, она справится с собой. Должна справиться. Если она хочет, чтобы ее мать приехала и провела какое-то время в Трех Торфяниках, вспомнила себя в молодости, живую и энергичную, весело скачущую на лошади по полям, то все остальное надо отбросить. Медлить некогда - надо зазвать ее сюда в течение ближайших двух недель. Конечно, Алексис мечтала не о таком коротком визите, и все же, если ей удастся уговорить мать приехать, пока Ангус в отъезде, может быть, не придется торчать здесь целый год. Алексис избежит встречи с Ангусом. И избавится от своего влечения к Кэлебу. Ему тоже нет места в ее жизни. 
Тут мысли Алексис замедлились. Ей вовсе не хочется отказываться от него. Она почти не знает этого человека, но сама мысль о том, что они больше никогда не увидятся, была невыносима. 
Последний раз Алексис испытала настоящее, глубокое чувство несколько лет назад, и по тому, что она переживала теперь, можно было догадаться: что-то подобное приближается снова. Но спать с человеком, жить с ним, превратить простое партнерство в своего рода супружескую жизнь, а потом просто удалиться по той причине, что их отношения вряд ли смогут продолжаться долго, - это не по ней. 
- Никогда больше меня не целуйте, - проговорила она дрожащим голосом. 
- Не беспокойтесь. Не буду, - заверил ее Кэлеб. Сам он ничуть в этом не сомневался. Теперь ни за что на свете больше ее не поцелует, потому что знает: стоит только мужчине прилипнуть душой к такой женщине, как Алексис, и придется жертвовать своими принципами. 
Ее тело с такой готовностью отвечало ему, такое податливое - как будто создано для него. А ее мягкие, свежие губы! Они как будто засасывали его все глубже и глубже, он чувствовал, что теряет себя и нет ничего, кроме этих губ... 
- Можете не беспокоиться на мой счет, громко сказал Кэлеб, стараясь перекрыть гул пылесоса. - Это не повторится больше никогда. 
В тот вечер Кэлеб поужинал в кафе, а утром следующего дня снова исчез и не появился даже к обеду. Впрочем, он был уверен, что о Терри позаботится Алексис. 
Так оно и было. Дом благополучно очищался от пыли и грязи усилиями трех служащих фирмы "Мейдс и Брейдс", и Алексис смогла спокойно позвонить не только в больницу, узнать о состоянии бабушки мальчика, но и в Нью-Йорк, где она договорилась, что самые важные документы будут отправлены ей на ранчо. А потом она набрала номер матери. 
- Дорогая, ты где? 
Алексис нервно поправила волосы. Вот оно. Момент истины. 
- Мама, сядь, если стоишь. Я в Трех Торфяниках. 
Алексис уловила судорожный вздох. 
- Правда? - только и сказала мать. 
- Я знаю, это может показаться странным, но дед подарил мне половину ранчо. 
- Он что? 
- Он подарил мне половину ранчо. 
- Ты виделась с ним? 
- Нет, и это самое интересное. Дед предложил мне через своего поверенного половину ранчо с условием, что я соглашусь пробыть здесь год. 
- Ты что, останешься там на целый год? Алексис поморщилась. 
- Ну, если я хочу ранчо. 
- Алексис, - устало проговорила мать, - я понимаю, тебе нужны деньги, но не стоит унижаться ради этого. 
- Я пока что не заметила, чтобы он собирался меня унизить, - возразила Алексис, вставая на защиту деда, поскольку в данный момент это было необходимо. - Его сейчас здесь нет. Уехал на рыбалку. Вернется только через две недели. 
- И что собираешься тогда делать? 
- Не знаю, - откровенно призналась Алексис. -Да меня это как-то и не волнует. Могу дождаться его приезда, провести здесь только двенадцать дней, погулять по ранчо, отдохнуть, вспомнить детство... 
У нее куча дел в Трех Торфяниках, но это не самое страшное. Она знала, что Кэлеба нет дома, и все же у нее все замирало внутри всякий раз, как хлопала дверь. Она ждала его с нетерпением и страстью, как ждут любовника. И это приводило ее в бешенство. 
- Ангуса не будет еще несколько дней. Мне кажется, ты вполне могла бы сюда приехать, пока его нет. Я знаю, ты не нуждаешься в отдыхе, но разве тебе не любопытно взглянуть на ранчо? осторожно спросила Алексис. 
- Нет. 
Алексис промолчала. Ни в коем случае нельзя показать матери, как она расстроена. Мать не хочет признавать, что несчастна. Если только Рей-чел узнает, что ее дочь зашла так далеко исключительно из-за нее, она потребует, чтобы Алексис вернулась домой. При ее положении в компании "Эллиот-Макфарланд" Рейчел имеет право потребовать ее возвращения не только как мать. Она крупнейший акционер компании и шеф Алексис.